Ей, разумеется, неудобно было спросить Джоан – но как, на взгляд Джего, сумеет она подготовить Резиденцию к их въезду, когда он станет ректором?

Тут я опять подумал, что она всю жизнь будет готовиться к величайшим свершениям.

– Неужели ты думаешь, – выговаривала она мужу, – что мне удастся наладить нормальную жизнь в Резиденции за каких-нибудь полгода? Я понимаю, что мне там вовсе не место, и хочу только благоустроить твое жилище. Хоть это-то я могу для тебя сделать.

Будет очень неловко, если она начнет заводить такие разговоры и при других, думал я, возвращаясь к себе. Более оскорбительного и грубого нарушения общепринятых в нашем колледже норм нельзя было и придумать; я решил, что Браун как глава нашей партии должен узнать об этом немедленно.

– Ну и ведьма! – вспыхнув от возмущения, буркнул он, когда я передал ему речи миссис Джего. На этот раз он был по-настоящему раздражен. Джего обязательно следовало предостеречь – однако с ним было очень трудно говорить об его жене. – Да, все это весьма опасно, – проворчал Браун.

Когда они с Кристлом зашли ко мне после обеда, Браун уже успокоился.

– Мы не станем докучать вам разговорами о выборах, – приветливо сказал он. – Нам просто надо как можно лучше подготовиться к встрече сэра Хораса.

– Вы знаете его вкусы? – спросил меня Кристл.

– В прошлый раз нам показалось, что он гурман, – объяснил мне Браун. – И мы подумали, что вам, может быть, известны какие-нибудь особые его пристрастья.

Они готовились к встрече тщательно и умело – так же тщательно и умело, как вели предвыборную кампанию. Для них не существовало незначительных и маловажных деталей. Однако я ничем не мог им помочь: все, что было известно мне, они уже узнали и учли. Кристл попросил меня пригласить в среду сэра Хораса на завтрак.

– К тому времени мы уже успеем ему надоесть, – сказал он. – Нельзя ему показывать, что мы постоянно его опекаем. – Кристл холодновато улыбнулся. – Но и совсем выпускать его из-под нашей опеки тоже нельзя.

– Винслоу интересовался, – сказал Браун, – по делу ли приедет в колледж сэр Хорас. И если нет, то почему мы хотим рассадить всех не так, как обычно. Он утверждал, что мы переоцениваем влиятельность нашего гостя.

– Винслоу меня поражает, – проговорил Кристл, вложив в эту фразу странно зловещий оттенок. – Ну, а мы, на мой взгляд, очень неплохо подготовились к встрече.

– Остается только пожелать нам, чтобы встреча состоялась, – заметил Браун. – До праздника еще сорок восемь часов, а из Резиденции сообщают не очень-то утешительные вести.

Я повторил им слова Джоан, сказанные ею у Джего.

– Я поверю, что мы встретились с сэром Хорасом, только когда усажу его за праздничный стол, – проговорил Браун.

– Да, все это весьма прискорбно, – сказал Кристл.

Послышался негромкий стук в дверь, и я с удивлением увидел Найтингейла. Мне показалось, что он чем-то встревожен, но его бледное лицо было необычайно решительным. Он поздоровался со мной – чтобы не нарушать элементарных правил вежливости, – спросил, не возражаю ли я против его вторжения, и сразу же обратился к Брауну:

– Я заходил к вам и вчера вечером, и сегодня, да все не мог застать и решил, что вы у кого-нибудь из ваших друзей.

– Как видите, меня не так уж трудно найти, – сказал Браун.

– У вас личный разговор? – спросил я Найтингейла. – Тогда мы с Кристлом можем посидеть в спальне.

– Пожалуй, личный, – ответил Найтингейл. – Но я вполне могу говорить и при вас.

Он сел в кресло, перегнулся через подлокотник к Брауну с Кристлом и спросил:

– Как будут перераспределяться административные должности, если Джего пройдет в ректоры?

Кристл посмотрел ему в глаза, потом перевел взгляд на Брауна и, немного помолчав, ответил:

– Вы знаете то же, что и мы, Найтингейл.

– Знаю, да по все, – возразил тот.

– Вы знаете то же, что и мы, – повторил Кристл. – Если Джего выберут в ректоры, освободится одна-единственная административная должность – та, которую он занимает сейчас. И вам известно не хуже, чем нам, что кандидата на эту должность выбирает сам ректор.

– Не надо цитировать мне Устав, – сказал Найтингейл, – я и сам могу его прочитать.

– Я просто ответил на ваш вопрос.

– Я знаю Устав, – повторил Найтингейл. – А сейчас мне нужно выяснить, как у вас распределены роли. – Он улыбнулся. Это была улыбка бесконечно наивного человека, которому за каждым событием чудятся хорошо организованные злокозненные махинации.

– Должен вам заметить… – начал Кристл, но Браун, перебив его, торопливо сказал:

– Если Джего, как мы надеемся, станет ректором, то он, я думаю, без всякой предубежденности рассмотрит любые разумные предложения. Но мы еще ни разу не разговаривали с ним об этом.