Утробный вой тут же перешел в сдавленный стон (бизнер все это время сидел, обхватив голову руками и подскуливая тонким, совершенно не соответствующим его массивной фактуре голоском).

Лещенко включил камеру на запись, стараясь снимать так, чтобы в кадре находилась лишь верхняя половина туловища экс-гэбиста.

— Скажите, Иван Алексеевич, кто вас «крышевал» по линии спецслужб?

— М-м... это были люди из «четверки»...

— Как, как вы сказали?

— Есть такая — «группа 4» при Совете безопасности. Это засекреченное подразделение, призванное решать самые сложные вопросы национальной безопасности...

— Кто именно вас «крышевал»? Назовите фамилии!

— Есть там такие... полковник Шувалов... еще один человек, его псевдоним — Михайлов. А над ними стоит такой... Игорь Борисович Мануилов... Он возглавляет информационно-аналитический центр при Совбезе...

— А ваше бывшее ведомство? Федеральная служба безопасности? С этой стороны случались «наезды» с целью увести вас под «крышу» ФСБ?

— Нет, — сглотнув подкативший к горлу комок, сказал Иван Алексеевич. — Мое бывшее ведомство ко всей этой истории с уводом активов... и с попытками «крышевания»... не имеет абсолютно никакого отношения...

— Господин Литвинов. — Лещенко перевел камеру на предпринимателя. — Вы подтверждаете то, что сказал заместитель руководителя службы безопасности вашей компании?

Литвинов опустил руки и мелко-мелко закивал головой:

— Да, подтверждаю, целиком и полностью.

— Ну вот, как все ладненько-то у нас получилось, — удовлетворенно сказал Лещенко, ставя аппарат на «паузу». — Мирон, кончай его, он нам теперь и на хер не нужен!

— Постой, Петр! — экс-гэбист округлил глаза. — Ты же обещал...

— Я передумал, Иван.

В руке Мирона дважды содрогнулся пистолет с глушителем: одна пуля попала в левую половину груди жертвы, другая — в лоб чуть левее переносицы.

Ноги экс-гэбиста еще мелко подрагивали в агонии, когда Лещенко решил вновь побеспокоить бизнера, который, весь скукожившись, замер от ужаса в своем углу.

— Литвинов! Глухой, мать твою?!!

Бизнер отозвался лишь после того, как Мирон, обойдя лужицу крови на полу, подошел к нему и пнул по лодыжке ногой.

— С-с-слушаю... господин... товарищ чекист...

— Ну что, убедился, что мы не намерены шуток шутить?!

— Д-да... я вижу.

— Ну так кто у вас главный среди бизнеров? Ты? Борткевич? Серебрянский? Кто придумал эти вот ваши схемы?

— М-м-м... Главный генератор идей... директор ФКЦБ Серебрянский... Это он первым озвучил...

— Я так и понял, — залезая рукой в один из карманов, сказал Лещенко. — В принципе, я и сам догадывался, что именно Аркадий Львович среди вас — самый информированный человек. Ну что ж, учтем...

Он достал из кармана массивный перстень, изъятый у Литвинова еще прежде, в момент задержания (массивная печатка с изумрудом около пятнадцати каратов и вензелем, обозначающим буквы "Л" и "М". Бизнесмен носил его на шее закрепленным на прочной цепочке, так носят крестик или шестиконечную звезду Давида).

— В следующий раз, когда я сюда приеду, может, это будет уже вечером, расскажешь мне про этот вот перстенек. Ну и вообще подумай, что бы еще интересного ты мог нам поведать...

Он извлек из камеры кассету и положил ее в карман вместе с трофейным перстнем.

— Ну, а чтоб тебе не скучно было одному сидеть в подвале, на привязи, — напоследок сказал Лещенко, — компанию тебе, Литвинов, составит наш бывший коллега...

За несколько минут до того, как куранты на Спасской башне должны были пробить с перезвоном восемь часов субботнего вечера, на территорию Кремля, освещая себя холодными сполохами маячков, промчались две спецмашины: черный «Мерседес» с триколором и спецномерами и сделанный по спецзаказу в Германии мощный утяжеленный джип аналогичной марки.

Обе машины, припарковавшиеся с тыльной стороны президентского корпуса, у так называемого заднего крылечка, были приписаны к аппарату Совета безопасности РФ. Из легкового «мерса» на очищенный от снега плац, используемый обычно для построений и тренировок несущего здесь парадно-караульную службу Кремлевского полка, вышли двое мужчин: начальник информационно-аналитического центра Совбеза Мануилов, известный среди посвященных людей также как Мерлон, руководитель «группы 4», и его правая рука, ведающая непосредственно «активными мероприятиями», полковник ГРУ Шувалов — последний тоже был в штатском одеянии.

Мерлон поднялся по ступенькам на крылечко, где их прибытия дожидался его коллега, руководящий одним из двадцати существующих в Администрации президента управлений и департаментов — тем самым, что курирует спецслужбы и является частью секретариата Совета безопасности РФ.

Они обменялись рукопожатиями, а затем одновременно сверились с наручными часами, с тем чтобы убедиться, что приглашенные властью люди прибыли в Кремль без опоздания. Из джипа, возле которого на короткое время задержался Шувалов, вышли четверо крепких молодых мужчин, одетых в парадную военную форму: подполковник, майор и два капитана. А еще через минуту все они, неся на лицах просветленно-торжественное и чуточку озадаченное выражение, слитной группой шли по коридору президентского кремлевского корпуса.