– Нет, пока им нет восемнадцати - ответила Люсинда.
– Элли, я не говорю, что они не должны пытаться сопротивляться своим родителям и остаться здесь. Просто ... поговорите об этом с Изабеллой. Убедитесь, что она знает все о ваших планах. Она может помочь.

– Да?
– в тоне Элли слышалась обида.
– Она бросила нас на все это время. Мы все делали сами.

– Она никогда по-настоящему не бросала вас. Все, что вам нужно было - попросить, и она появилась бы здесь, - Люсинда упрекнула ее нежно.
– Тем не менее, это, безусловно, многое говорит о вас: вместо этого вы разработали свой собственный план - нашли свой собственный путь. Вот почему вы были выбраны для Ночной школы. Меньшего я и не ожидала.

Элли почувствовала гордость от слов Люсинды, и это удивило ее. Она и не знала, что мнение Люсинды так много значит для нее.

– Проблема в том, что Натаниэль припрет нас спиной к стене с этим, - признала Люсинда. - Это хороший план. Но чтобы выиграть, мы можем сделать всего несколько шагов.

Элли сжала чашку, обдумывая что это означает.

– По телефону, несколько недель назад...Ты сказала, что организация, которая управляет Ночной школой, управляет и правительством. Означает ли это, что если Натаниэль возьмет верх, он будет управлять и правительством?

– Полагаю, мне лучше рассказать тебе все с самого начала.- Нажав пальцем на подбородок, Люсинда посмотрела на нее.- Ты когда-нибудь слышала о проекте "Орион"?

Элли покачала головой. Она слышала термин "Орион", используемый в Киммерии и раньше, но не могла вспомнить где.

– Это название организации, в которой Ночная школа и Киммерия являются малой частью. Это частная группа очень влиятельных людей - членов парламента, судей, адвокатов, финансистов, руководителей, владельцев медиа-корпораций ...- Она махнула рукой и ее кольцо с бриллиантом поймало свет, сверкая как замороженный огонь.
– Я могла бы продолжать, но это должно дать тебе понятие того, кто мы есть.

– Есть подобные организации и в других странах, но "Орион" является старейшей. Я была главой "Ориона" последние пятнадцать лет. Это положение, по существу, я заняла по наследству от отца. Видишь ли, это всегда было номинальное положение...
– Стрельнув в Элли острым взглядом, она сделала паузу.
– Ты знаешь, что значит "номинальное"?

Элли молча покачала головой.

– Это означает "только по названию". В общем, председатель этой организации, в основном, проводил встречи, деловые обеды и наблюдал за происходящим. Пока я не пришла.
– Она скромно улыбнулась.
– Я все изменила.

Очарованная и смущенная, Элли старалась успевать за разговором. Ей бы хотелось сейчас вести записи, чтобы все вспомнить и осмыслить позже.

– Как вы изменили это?
– спросила она.

– Я ввела систему голосования - так что теперь Совет все решает подсчетом голосов. И я лоббировала, чтобы дети из разных слоев общества учились в Киммерии, - пояснила Люсинда.
– Как ты знаешь, вступление в организацию начинается на уровне школы. Ночная Школа является основной молодежной группой, но есть подобные группы в нескольких других лучших государственных школах. Пока я не пришла, поступление было по наследству - если ваша семья были членами, вас принимали. Я изменила это, насколько смогла. Теперь некоторые студенты - меньше, чем хотелось бы - допускаются на основании способностей и интеллекта. Свежая кровь, вот что это значит.

Элли думала о Картере, осиротевшем сыне кухонного работника и механика. Его нахождение в Ночной школе обрело сейчас смысл.

– OK ...
– сказала она.
– Но что именно ... "Орион" ... делает?

Люсинда на секунду задумалась, прежде чем ответить.
– Он гарантирует, что некоторые вещи будут работать в правильном направлении.

– Какие... вещи?

– Правительство, - пояснила Люсинда.
– Банки. Крупные корпорации. Средства массовой информации. Суды.

Это казалось невозможным.
– Значит, всем управляет вовсе не правительство?
– спросила Элли.

– Конечно же, правительство, - мягко сказала Люсинда.
– Мы просто помогаем.

– Каким образом?

– Нужно убедиться, что избираются правильные люди. Люди, которые являются членами "Ориона". Люди, которые понимают, что мы делаем.
– Люсинда склонила голову набок.
– Понятно?

– Нет.
– Элли не нравилось, как это звучит.
– Ты говоришь, когда люди идут и голосуют, их голоса не являются реальными?

– О, нет. Их голоса очень реальны, - Люсинда заверила ее.
– Но люди, голосующие "за", являются частью "Ориона".

Момент ошеломленного неверия последовал за этим.

– Все?
– еле слышно спросила Элли

– Конечно, нет. Но... довольно много.

– И судьи? Они тоже?

– Абсолютно, - сказала Люсинда.
– Судебная система является очень важной. Особенно Верховный суд. На самом деле, мы полностью контролируем его. Это ... это необходимо.

Последовала продолжительная пауза, пока Элли переваривала это. Нормальные звуки повседневной жизни вокруг нее вдруг показались неуместными - щелканье остывающего чайника в углу; смех, доносившийся снаружи. Как будто тайная организация не управляет всем вокруг них.