– Я полагаю, начальство сообщило вам о создании совместной следственной группы? – спросил хозяин кабинета.

– Да, – за всех коротко ответил Лагач.

Вчерашний знакомец удовлетворенно кивнул.

– Я назначен начальником следственной группы от своего ведомства. Мы с вами уже встречались, но, на всякий случай, напомню. Я майор Петер Виннеке. Я пригласил вас сегодня, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию. Мы с вами оказались в любопытном положении. Волею судеб мы, каждый по своей линии занимаемся одним делом. Вы согласны?

– Конечно согласны, – отозвался со своего места Рагоза, предварительно переглянувшись с коллегами. – И полиция и УНБ занимаются общим делом – заботятся о безопасности общества и государства.

Майор оглядел своих собеседников, но все трое сидели с абсолютно непробиваемыми физиономиями.

– Под общим делом я в данном случае имел в виду не абстрактные разговоры о служении обществу, – поморщился хозяин кабинета, – а вполне конкретное дело. Мы занимаемся им давно, вы – совсем недавно. К сожалению, как бы это получше выразится… векторы наших усилий оказались разнонаправлены. Это привело ко вчерашнему печальному инциденту. Думаю, вы согласитесь, что итог вчерашней операции – трое подозреваемых убиты, один скрылся – не лучший из возможных результатов.

– Двое из четверых на вашей совести, – напомнил Рагоза. – Один убитый и второй, который убежал.

– О том и речь, – кивнул майор. – Это наше общее… достижение. Вы раньше получили информацию, но несколько переоценили свои силы. Мы получили информацию позже – и опоздали. – Он развел руками. – Как результат, все в проигрыше. Поэтому мы, с целью избежать повторения подобных эпизодов в дальнейшем, с ведома вашего начальства пригласили вас, чтобы скоординировать наши действия и взаимно поделиться информацией.

– Вполне разумный подход, – подал голос Лагач.

– Я думаю, будет уместно, если вы первыми расскажете что вам известно, – предложил майор. – Мы занимаемся этим делом дольше и, очевидно, больше знаем. Так что ваш рассказ поможет нам понять, что вы знаете и без нас, а на каких моментах стоит остановиться поподробнее.

Лагач посмотрел на Романа и Рагозу.

– Пять дней назад на границе восьмого и двадцать второго участков в районе доков был обнаружен труп, – начал он. – Смерть наступила в результате множественных пулевых ранений. Фактически это произошло на глазах патрульного экипажа. Несколько неизвестных убили человека, обстреляли пытавшихся помешать им патрульных и скрылись. Дело отдали нашему участку. При вскрытии медик обнаружил странные аномалии в строении погибшего.

– Я читал этот отчет, – кивнул майор.

– Была установлена личность убитого, – продолжил Лагач. – Им оказался Горемысл Наволод, 1979 года рождения. Он числился в базе данных на пропавших без вести во время войны. Запрос на розыск был подан от имени его жены, Патриции Наволод, в девичестве Патриции Кулоты, 1991 года рождения. По документам жена также является его опекуном. Сам Наволод числится психически нездоровым человеком. В ходе оперативных мероприятий было выяснено, что брак Наволода и Кулоты является фикцией. Гражданка Кулота сама пропала во время войны и, скорее всего, никогда не была знакома с убитым. Стало ясно, что кто-то подделал базу данных и использовал данные погибшей, для того чтобы привлечь к розыску убитого государственные службы. После этого полицейскими аналитиками был проведен поиск по базам данных людей, определенные параметры которых совпали бы с параметрами убитого Наволода. Был составлен список, в котором оказалось довольно большое количество фамилий. Нам стало понятно, что действует целая группа, которая с неизвестной целью разыскивает определенную категорию людей и, возможно, как в случае с Наволодом, устраняет их. Поскольку все пропавшие из списка были людьми одинокими и пропали длительное время назад, было понятно, что их розыск, скорее всего, будет бесперспективен. Поэтому мы решили попробовать поймать злоумышленников, что называется, «на живца». В поисковую базу было отправлено уведомление, где сообщалось, что полиция нашла одного из пропавших без вести, а именно Тадеуша Пшимановского, и попросили родственников откликнуться.

– Мы тоже заметили это объявление, – вставил Виннеке. – А скажите, по каким признакам вы выбрали именно этого человека?

– Ну… – Лагач, до этого излагавший как пописан-ному, смутился и замолк. Роман понял, что пора поддержать товарища.

– Признаков было множество, – начал он. – Мы, хм, провели аналитическую оценку и, используя… вариативный фактор и теорию случайного генерирования…

– То есть вы выбрали фамилию, что называется, от балды? – Надо отдать должное, майор быстро соображал.

– Ну, в общем, да, – подтвердил Рагоза.

– Вы здорово рисковали.

– Вовсе нет, – возразил Рагоза. – Рискуют, когда есть что терять, а у нас на тот момент вообще ничего не было. Конечно, это был нагло. Но так или иначе, эти люди купились.

– К нам в участок прибыли подозреваемые под видом родственницы и семейного юриста, – снова вступил в разговор нащупавший твердую почву Лагач, – где мы их и задержали. Однако задержанные не шли с нами на контакт, а после этого в участке объявились вы и забрали у нас арестованных, ничего не объясняя…

– Меа кульпа, – вскинул руки майор. – Тогда это казалось самым оптимальным решением. Но тем же вечером вы доказали, что это не так.

– Вот, собственно, пока и все, что мы знаем, – сказал Лагач. – Теперь ваша очередь.

– Немного же вы, оказывается, раскопали, – скептически заметил Виннеке.

– А вы нас сюда пригласили не из-за того, сколько мы уже раскопали, а из-за того, сколько мы еще можем раскопать, – заметил со своего места Рагоза.

– Да, – Виннеке вздохнул. – Признаюсь вам откровенно, во времена оны мы бы просто заставили полицию прекратить дело безо всяких политесов. Но, к сожалению, со всеми этими преобразованиями по децентрализации власти нас несколько поприжали в правах…