Голыми руками он сражаться не хотел, так как помнил точные, резкие, профессиональные движения широкоплечего, и решил для начала отыскать в дерьме свой пистолет.

Гриня был высокомерным и брезгливым, знал себе цену, но в теперешней ситуации он позабыл про свои привычки, быстро присел и запихнул руки по локоть в зловонную кашу.

— Он пистолет ищет, — запричитал Демин. — Сейчас найдет и откроет огонь.

— Не откроет, — успокоил его Коновалов. Сам Леха лихорадочно вращал ключ в замке зажигания, давил то на газ, то на сцепление, а мотор урчал, но не заводился.

— Здорово! — выпалила неизвестно чем обрадованная Катенька.

— А ты-то чего радуешься? — рявкнул на нее Демин, — из-за тебя все.

— Как же, из-за меня, из-за вашей дерьмовой автомашины, — парировала девочка, — она же не заводится. Была бы у вас иномарка, давно бы уехали. Тоже мне террористы. У моего папы несколько «Мерседесов», «БМВ», «Вольво» и джипов и все прекрасно заводятся.

— Сиди и молчи, — гаркнул Витек. Катя замолчала и обиженно уставилась в окно.

В который раз Леха поворачивал ключ, но списанный в утиль, а затем отреставрированный мотор работать не хотел.

Дуболомов от усердия даже встал на колени и на четвереньках ползал среди отбросов. Вдруг его пальцы наткнулись на долгожданный металл, он радостно вскрикнул и вынул из жижи свой испачканный, многострадальный «макаров». Гриня хотел встать на ноги, но в этот момент кто-то из жильцов вывалил ему на голову помойное ведро с отходами, не зная, что в мусорном контейнере находится приличный человек в дорогом костюме.

Разгневанный Гриня высунулся из мусорки. Жилец кинулся наутек.

Дуболомов стряхнул с себя рыбью чешую и арбузные корки. В Москве стояла жара и был в разгаре арбузный сезон.

Коновалов видел, как охранник вылезает из контейнера, и что было силы повернул ключ в замке зажигания. Мотор на секунду взревел, а потом опять заглох.

— Чертова развалюха, да заводись же ты, — прорычал он и снова повернул ключ. На этот раз зажигание сработало безотказно, мотор затарахтел всеми своими цилиндрами, поднатужился всеми своими шестидесятью лошадиными силами, и «жигуленок» рванулся с места.

— Наконец-то, — облегченно выпалил Витек.

— Поехали, — хитро улыбнулась Катя.

Было видно, что приключение ей нравится. Она все время находилась дома, в московской квартире или на даче, в обществе угрюмого, молчаливого Дуболомова, или играла во дворе с не интересными ей сопливыми пацанятами. Большего отец ей не позволял. А тут вдруг такое рискованное путешествие с террористами!

Григорий вылез из ящика, поднял пистолет, прицелился в уезжающие «Жигули» и нажал на курок. Вместо выстрела из ствола вылезла жирная мокрица и шлепнулась на асфальт. Дуболомов несколько раз сильно махнул рукой и вытряхнул из пистолета воду, грязь и всякую живность. После этого он снова прицелился и нажал на крючок.

Грохот выстрела спугнул отдыхавшую на дереве все ту же ворону, и она от страха навалила целую кучу свежего помета. К счастью, Дуболомов находился в другом конце двора — у помойки, и эта блямба ему не досталась.

Пуля пробила лобовое стекло легковушки, влетела в салон и чуть не ранила Демина.

— Ложись, — рявкнул Коновалов и пригнулся за рулем. Витек схватил обеими руками Катю, стянул ее с сиденья и затолкал в промежуток между ними. После этого он навалился на нее всем телом и замер в такой позе.

Алексей на полной скорости понесся по двору. «Жигуленок» с визгом шин об асфальт вылетел на проезжую часть Сретенки и юзом развернулся.

Дуболомов бросился в погоню. Он бежал за уносящейся машиной и на бегу стрелял по ее колесам. До него не доходило, что пули могут ранить или убить Катю.

К счастью, в салон больше не залетела ни одна, но пассажиры все равно лежали на сиденьях, и только Коновалов, приподняв голову, следил за дорогой.

Григорий понял, что этот раунд он проиграл, но сдаваться не собирался. Он быстро достал мини-рацию и связался с братвой. Их офисом был большой, фешенебельный спортивный зал, где постоянно дежурила бригада из пяти человек и бойцы под руководством опытных наставников качали мускулы и тренировались. Это был частный зал и принадлежал он Герману Розовощекову — главарю бандитов и директору охранного агентства «Крутые кулаки».

— Это Дуб, — крикнул Гриня, когда услышал голос бригадира. — Мою подопечную захватили двое в масках. Меня чуть не убили. Угрожали автоматами, стреляли, но я дрался, сколько хватило сил. Мне нужна подмога, вышли братву.

«Фирма» под названием «Крутые кулаки» обеспечивала охрану квартиры миллионера, загородного дома, офиса, многочисленных автомагазинов и дочери Кати. Теперь двое захватчиков в масках стали помехой в их праведной работе и фактически объявили войну влиятельной бандитской группировке.