Смятение, охватившее ее, когда Зак захлопнул за собой дверь, обрушилось на нее с новой силой, стоило ей услышать в телефонной трубке его голос. До этого момента она делала все для того, чтобы только не думать о нем, пыталась вернуть свою жизнь в старую, наезженную колею. Однако, проработав вместе с ним почти месяц, она понимала, что такое вряд ли возможно.

Зак говорил недолго, деловым тоном. По его словам, он звонил ей исключительно ради того, чтобы сообщить о драке между Мигелем и Раулем, а также попросил поговорить с Марией. Если ей и послышались задумчивые нотки в его голосе, то, наверное лишь потому, что она очень хотела их услышать.

Она не слишком долго раздумывала об этом звонке. Потому что знала, какие чувства испытывает к Заку, а именно: она была без памяти в него влюблена. Вместе с тем она не строила иллюзий и потому отдавала себе отчет в том, что, независимо от того, какие чувства он испытывает к ней сейчас, это увлечение окажется скоротечным. Потому что Зак – волк-одиночка, не привыкший долго сидеть на одном месте, он из породы тех, кому никто не нужен, и каждый час, проведенный в его обществе, будет означать для нее лишь одно: ей будет все труднее порвать с ним.

Как только она положила трубку, как тотчас же набрала домашний номер Марии, мысленно моля Бога, чтобы Мигель все еще был на работе.

На ее счастье, ей ответил женский голос.

– Мария? Это Элизабет. Ты можешь сейчас со мной разговаривать?

На том конце провода Мария прочистила горло.

– Как хорошо, что вы мне позвонили.

Элизабет внутренне напряглась.

– Я бы позвонила тебе раньше, но мне не хотелось, чтобы из-за меня у тебя были неприятности с Мигелем. Кстати, как ты себя чувствуешь? С ребенком все в порядке?

– Я устала, вот и все. На ночь я принимаю снотворное, однако, даже если сплю всю ночь, все равно просыпаюсь разбитой.

– Ты обращалась к врачу?

– Да, всего несколько дней назад. У меня была небольшая сыпь. Врач сказал, чтобы я меньше времени проводила на ногах и больше отдыхала. А ребенок развивается нормально.

– Он точно был в этом уверен?

– Да.

– А мы не могли бы с тобой поговорить? С глазу на глаз? Честное слово, я была бы только рада снова тебя видеть.

– Я бы тоже хотела встретиться. И даже сама собиралась вам позвонить. Мигель на два дня уехал. Прошлую ночь со мной была Изабель. Изабель Флорес, вы ее помните?

– Ты рассказывала мне, что когда-то вы были подругами.

– Верно. Она живет в большом доме здесь же на ферме, но обычно бывает сильно занята.

– А прошлой ночью что-нибудь произошло? Изабель, случайно, не видела привидение?

– Вряд ли. Та девочка… она приходит не слишком часто. Я ее вот уже какое-то время не видела.

– А сегодня Изабель тоже останется с тобой?

– Она хотела, но сеньор Харкорт… он хочет, чтобы сегодня вечером она была с ним.

– Сеньор Харкорт? Карсон Харкорт?

– Да, Изабель убирает в его доме.

В голосе Марии Элизабет уловила некую недосказанность. Ей тотчас вспомнилась симпатичная мексиканка, которая несколько раз попалась ей на глаза во время вечеринки в доме Карсона. Неужели она с ним спит? С другой стороны, они ведь оба взрослые люди и имеют на это право.

И все-таки Карсон был ее работодателем, тем, кто платил ей жалованье. Элизабет задалась мысленно вопросом: в чем состоят обязанности Изабель по дому и не входит ли в круг этих обязанностей ублажать хозяина в постели?

– Если Изабель не может у тебя остаться, как ты смотришь на то, чтобы переночевать у меня?

– Gracias, но Мигель может позвонить, и если я не сниму трубку и не отвечу ему, он перепугается оттого, что меня нет дома.

Мигель. Тот самый Мигель, о котором ей и хотелось поговорить с Марией.

– Но ты ведь не можешь оставаться там одна.

– Я надеялась, что вы… что вы согласитесь приехать и побыть со мной эту ночь.

Элизабет почувствовала, как внутри у нее все сжалось. Ибо знала такое, о чем Мария даже не догадывалась. В голове тотчас возникли отрывки из прочитанных ею статей, жуткие подробности убийства, то, как несчастную девочку из Фресно сначала изнасиловали, а потом мучили. И как ее изуродовали перед тем, как зарыть в подвале дома.

Во рту у Элизабет все пересохло. Как ей провести ночь в доме, в котором когда-то жили люди, совершившие это кровавое преступление?

Да, но не в этом же доме, напомнила она себе. А в другом, совершенно другом.

И все же как она может позволить Марии находиться в доме, если ей самой страшно остаться там на ночь?

– Ты уверена, что не хочешь сегодня переночевать у меня? – повторила она свое предложение. – Мы могли бы приготовить попкорн. Или я бы принесла домой видео, и мы с тобой посмотрели бы фильмы.