Первое задание Хизер по линии Март — украсить учительскую комнату отдыха для собрания в честь Дня благодарения. Она припирает меня к стенке после урока испанского и умоляет помочь. Ей кажется, будто Марты специально дали ей по определению невыполнимое задание, чтобы потом вышибить из клана. Меня всегда занимало, как выглядит учительская комната отдыха. О ней ходит столько слухов. Интересно, а там есть койка для учителей, которые хотят немного покемарить? А экономные коробки бумажных салфеток на случай нервных срывов? Удобные кожаные кресла и обслуживающий персонал? А как насчет секретных досье на каждого ученика?

Оказывается, это всего-навсего зеленая комнатушка с грязными окнами и застарелым запахом табака, хотя курить на территории школы уже много лет как строго-настрого запрещено. Обшарпанный стол в окружении складных металлических стульев. На стене доска объявлений, которые не обновляли с тех самых пор, как американцы высадились на Луну. И я ищу, но не нахожу секретных досье. Наверное, они хранят их в кабинете директора. Я должна сделать центральную композицию из парафинированных кленовых листьев, желудей, ленточек и целой мили тонкой проволоки. Хизер собирается накрыть стол и повесить баннер. Она щебечет о своих классах, а я тем временем порчу первый лист, а второй орошаю кровью. Я спрашиваю, не можем ли мы поменяться, пока я себя не изувечила. Хизер осторожно помогает мне выпутаться из проволоки. Она держит охапку листьев в одной руке, другой обматывает проволокой черешок — раз-два, — маскирует проволоку и с помощью клеевого пистолета сажает на место желуди. Просто жуть! Я спешу закончить с сервировкой стола.

Хизер: Ну, что думаешь?

Я: Ты гениальный декоратор.

Хизер (выкатывает глаза): Нет, глупенькая. Что ты думаешь насчет этого! Меня! Тебе верится, что меня приняли? Мег такая лапочка, она каждый вечер звонит мне, просто чтобы поболтать. (Она обходит стол и поправляет вилки, которые я только что разложила.) Ты, наверное, сочтешь это нелепым, но в прошлом месяце я даже попросила родителей отправить меня в пансион. Но теперь у меня есть друзья, и я научилась открывать школьный шкафчик и… (Она останавливается и морщится от напряжения.) Все просто отлично!

Мне не приходится вымучивать ответ, потому что в комнату бодрым шагом входят Мег-и-Эмили-и-Шивон с подносами мини-пончиков и яблочных ломтиков в шоколаде. Мэг выразительно смотрит на меня.

Я: Хизер, спасибо, что помогла с домашней работой. Ты такая отзывчивая.

Я пулей вылетаю за дверь, но оставляю щелку, чтобы иметь возможность наблюдать за развитием событий.

Хизер замирает в напряженном ожидании результатов инспекции трудов наших рук. Мег берет композицию и придирчиво изучает ее.

Мег: Хорошая работа.

Хизер заливается краской смущения.

Эмили: А что это за девочка?

Хизер: Подруга. Первый человек, который помог мне почувствовать себя здесь как дома.

Шивон: От нее прямо в дрожь бросает. И что у нее с губами? Похоже, она чем-то болеет или типа того.

Эмили смотрит на часы (ремешок подобран в тон обруча в волосах). Осталось пять минут. Хизер надо уйти до появления учителей. У нее испытательный срок, а это значит, что она не имеет права почивать на лаврах и выслушивать похвалы.

Я прячусь в туалете, чтобы переждать автобус Хизер. Соль от моих слез приятно жжет губы. Я тру лицо над раковиной до тех пор, пока от него ничего не остается — ни глаз, ни носа, ни рта. Гладкое ничто.

Я вижу в коридоре ОНО. ОНО тоже ходит в «Мерриуэзер». ОНО идет рядом с чирлидером Обри. ОНО — мой ночной кошмар, от которого я не могу пробудиться. ОНО видит меня. ОНО улыбается и подмигивает. Хорошо, что у меня зашит рот, а не то меня вырвало бы.

Экологический клуб выигрывает второй раунд. Мы больше не Тигры, потому что это название демонстрирует «шокирующее неуважение» к одному из исчезающих видов.

Я знаю, что я в шоке.

Экологический клуб выпустил отличные плакаты. Члены клуба выложили заголовки спортивных страниц газет: ТИГРЫ ПОРВАНЫ В КЛОЧЬЯ! МАССОВАЯ РЕЗНЯ ТИГРОВ! ТИГРЫ УБИТЫ! — рядом с цветными фотографиями освежеванных бенгальских тигров. Очень эффектно. В Экологическом клубе классные пиарщики. Футбольной команде следовало бы выразить протест, но горькая правда состоит в том, что они продули все игры сезона. Они просто счастливы, что их больше не будут называть Тиграми. Игроки из других команд зовут их Кисками. Не слишком-то мужественно. Более половины школы подписало петицию, и любители природы получили письма поддержки от нескольких независимых группировок и трех голливудских актеров.

Нас сгоняют на собрание, задуманное как «демократический форум» и посвященное выбору нового талисмана школы. Так кто ж мы такие? Мы не можем быть Пиратами, потому что они были апологетами насилия и дискриминации в отношении женщин. Ученика, предложившего название «Сапожники» в честь старой фабрики по производству мокасин, осмеяли так, что ему пришлось покинуть зал. Слово «Воители» оскорбляет чувства Коренных американцев. По-моему, идеальный вариант — «Властолюбивые европеизированные патриархи», но я его даже не выдвигаю. Перед зимними каникулами ученический совет проводит голосование. На наш выбор представлено следующее: