– Услышал крик, - повел плечами наместник, присаживаясь на стул возле массивного дубового стола у окна. Он вновь сцепил пальцы, лицо тронула легкая улыбка, едва заметные морщинки скопились в уголках глаз.

Я вздохнул, покачав головой. Виктор внимательно смотрел на меня.

– Та девушка, с которой ты пришел сюда, - ухмыльнулся он, и я тут же поднял на него глаза. Ухмылка на его лице стала шире, - Филисити. Она для тебя, похоже, много значит.

Мои руки непроизвольно сжались в кулаки, хотелось пригрозить Виктору, что он пожалеет, если хоть волос упадет с головы Филисити, но я сдержался. Не стоит провоцировать этого человека. Вчера мне не удалось разглядеть в нем хладнокровного убийцу, но это вовсе не значит, что наместник не опасен.

– Мне знаком этот взгляд, - невесело усмехнулся Виктор, - ты так же смотрел на меня каждый раз, когда я повышал голос на Литицию. Не переживай, с девушкой все в порядке. Я больше тебе скажу: их с монахом даже не отвели обратно в камеру, а позаботились о них должным образом.

Я плотно стиснул челюсти, заставляя себя прикусить язык. Виктор шумно хлопнул руками по коленям.

– Надеюсь, ты поймешь мое намерение все еще держать этих двоих под стражей, - миролюбиво произнес он, - девушка сговорчива, но монах явно горит желанием убить меня. Такой молодой фанатизм не стоит недооценивать. Однажды я недооценил твой, и это едва не стоило тебе жизни.

Спрашивать, о чем говорит мой отец, не понадобилось. Сегодня ночью, несмотря на боль, я восстановил часть той ночи в памяти. Виктор не ожидал, что я буду настолько одержим жаждой мести, что нападу на него. И либо я на его фоне был совсем никудышным воином, либо страх перед наместником и злость за смерть матери не сыграли на руку моим навыкам, и я проиграл бой. Виктор думал, что убил меня, и приказал Синнесу избавиться от моего тела, бросить в реку. Наместник имел в виду Тайрьряру, разумеется, но декс предпочел не понять этого, и отнес меня в Гранад, где меня на следующий день нашел господин Хилло, а после так вовремя подоспел Дайминио.

Я понял, что уже больше минуты не дышу, и шумно втянул воздух.

– Виктор, объясни толком, что с Ольцигом и Филисити.

– Так юнца зовут Ольциг?
– усмехнулся наместник, - он упрямо не хотел говорить мне даже это. В ордене не учат элементарной вежливости.

– Отец, - я внушительно посмотрел Виктору в глаза, - где они?

Лорд Фэлл кивнул.

– Этажом выше в соседних комнатах друг от друга. Я приказал Марике осмотреть рану Филисити. Помощь уже не нужна, сок дерганицы свое дело сделал. Через пару дней останется только шрам. Монах в порядке. На голове шишка от удара, осталась еще от стычки на берегу Тайрьяры, только и всего. Твоим друзьям дали новую одежду и поставили в комнаты еду. Но что-то мне подсказывает, что Ольциг упрямо будет ходить в рванье и голодать.

На лице Виктора блестела снисходительная усмешка.

– Что заставило тебя их выпустить?
– нахмурился я.

– Ты заставил, - пожал плечами наместник, - ты так часто произносил имя этой девушки, что я теперь не забуду его, даже если захочу. Кастер послал за Марикой, чтобы она дала тебе что-нибудь от боли, но я решил, что из рук Филисити ты примешь лекарство более охотно. А монах так кричал и дико бросался на решетку, угрожая убить каждого, кто прикоснется к девушке, что я решил выпустить и его. У юноши просто талант действовать на нервы.

Я напряженно молчал, а Виктор, кажется, пытался прочесть мои мысли по выражению лица. Тишина затянулась примерно на полминуты, после чего наместник поднялся со стула и кивнул на дверь.

– Ты в состоянии пройтись?
– воодушевленно спросил он, - сегодня прекрасный солнечный день. Мне есть, что показать тебе. Что скажешь?

Я молча поднялся и на ходу схватил жилет и плащ.

***

Виктор ничего не говорил, пока мы не начали подниматься по лестнице. Куда мы идем, я уже не спрашивал: название мне ничего не скажет, а дорогу все равно не удастся запомнить с первого раза. Одно было понятно: наместник ведет меня наверх.

Когда мы миновали полтора этажа замка, Виктор тяжело вздохнул и замедлил темп.

– Райдер, эта девушка неравнодушна к тебе, - серьезно сказал он, - и это погубит ее рано или поздно. Если ты дорожишь ею, я обязан предупредить: ей опасно с тобой.

Слова наместника заставили меня замереть. Я испытующе уставился на него, нахмурив брови.

– О чем ты, к дексу, говоришь?

Глаза Виктора потускнели, а на лице появилась печальная улыбка.

– О твоей матери. Кажется, пора все же объяснить тебе, что произошло.

Он продолжил подъем. Несколько секунд наместник молчал, будто бы собираясь с мыслями.

– Знаю, в связи с тем, что ты помнишь, тебе трудно будет поверить в мои слова сейчас, но я любил Литицию. И это не пошло на пользу ни одному из нас, - Виктор печально усмехнулся, - тебе ведь известно, что ее увели из Таира силой?

– Известно, - кивнул я, - также известно, что орссцы убили ее мужа и вместе с ней забрали ее сына. Кастера.

Виктор ничего не отрицал.

– Я вчера говорил тебе, что долгое время Таир формально входил в территорию Орсса. Сменилось много поколений, прежде чем таирцы стали считать нас врагами, и я не отвечу тебе, из-за чего это случилось. Попросту не знаю. Пусть это и произошло незадолго до моего рождения, но, кажется, этот момент в истории толком никто не отследил.