Крюков побежал за нашатырем. По дороге он подумал, что Ева после пережитого еще хорошо держится. Обморок - не беда. Главное, «крыша» не съехала.

Нашатырный спирт не понадобился, Ева очнулась. Адамов налил ей коньяка.

–  Выпейте…

Она глотнула, закашлялась.

Кристина о чем-то напряженно размышляла. Мысли ее путались.

–  Может быть, вы знаете, что за чудовище набросилось на меня у подъезда?
– с растерянной улыбкой спросила она Смирнова.

–  Боюсь, этого даже он не знает!
– саркастически усмехнулся доктор.

–  Отчего же? Наш хозяин… - сыщик обернулся на вошедшего с пузырьком нашатыря Николая, - решил, что его жену убил не кто иной, как хирург Адамов. И захотел отомстить. Он приезжал в Москву, приходил к вашему дому и следил, когда вы и Лев Назарович выходите и приходите. В тот злополучный вечер Николай как раз прятался в темноте, борясь с желанием закурить. Правильно я говорю?

–  Ага, - смущенно буркнул Крюков.
– Ужасно приспичило курить. Только дамочка со мной поравнялась и прошла чуть вперед, я и не выдержал, полез в нагрудный карман, вытащил зажигалку… мне ее друзья на заказ делали, в виде сигары… опомниться не успел, как оказался на земле, а на мне сверху - жуткая зверюга!

–  Зачем вы следили за нами?
– не сообразила Кристина.

Крюков отвел глаза:

–  Убить хотел. Ваш муж мою жену зарезал, а я его жену собирался того… ну… то есть вас… тоже…

–  Зарезать?!
– ахнула Кристина.
– Да вы в своем уме?!

Крюков молча налил себе полстакана водки, выпил.

–  Зверюга, которая напугала вас и повалила Николая, это был сенбернар Пурш вашего соседа Игоря Бокова, - объяснил сыщик.
– Они с Асей прогуливались, заметили подозрительного человека, спутали в темноте зажигалку с ножом, ну и… собака прыгнула не на вас, а мимо.

–  Твоя милая дочурка, - сказала Кристина Адамову.
– Я так и знала!

Ева сидела растерянная, бледная. Она не слушала, о чем говорят другие, поглощенная своими страшными мыслями.

–  А как Потрошитель… почему он выбрал именно Костю Марченко?
– спросила она.
– Следил за мной? Знал, что я хожу в театр «Неоглобус»?

–  И за тобой, и за Лейлой Садыковой, - кивнул Смирнов.
– Кто-то из вас навел его на эту идею. Замысел розыгрыша они с актером могли составить вдвоем. Да и «тупичок» недалеко от театра - идеальное совпадение!

–  Не произноси при мне этого слова! «Идеальное»… Господи! Избегайте всего идеального, чтобы не вляпаться в грязь по самые уши! Это новый афоризм, - заявила Ева.
– Я только что его придумала.

Крюков поворошил угли в камине, подбросил пару поленьев. Кристина придвинулась поближе к огню, ее знобило.

–  Ну-с… перерыв у нас не получился, - заметил доктор Адамов.
– В таком случае назовите же нам имя убийцы!

Ева подняла на него сухие воспаленные глаза.

–  Боюсь, оно ничего не скажет вам, - с дрожью в голосе вымолвила она.
– Зато я знаю «затейника» лучше всех. Это мой бывший муж… Олег Рязанцев.

В гостиной повисло напряженное молчание. Крюков и Адамовы недоуменно переглянулись. Олег Рязанцев? Никто из них не был знаком с ним.

–  В связи со смертью Дениса Матвеева выплыла на свет божий одна старая история о «подмосковном маньяке», - решил прояснить ситуацию Смирнов.
– Дело в том, что Денис, помимо прочих своих «достоинств», не гнушался и шантажом. Думаю, он был агентом кого-то из коллег Рязанцева, и тот без труда свел с ним личное знакомство: он его искал. Олег Рязанцев по семейным обстоятельствам взял фамилию матери. Отцом же его оказался некий Вадим Алфеев, бывший полковник. Не буду вдаваться в подробности семейной жизни Алфеевых-Рязанцевых, скажу лишь, что Олег рос без отца и узнал его лишь незадолго до смерти последнего. Бывший полковник признался сыну, что давно является объектом шантажа со стороны некоего неизвестного. Предсмертная исповедь папаши ужаснула Олега. Дабы облегчить своей душе путь к спасению, Алфеев рассказал все - как он обнаружил в себе склонность к зверским убийствам женщин и не смог ей противостоять, как убивал, как, оставаясь безнаказанным, все более и более наглел. Это он - тот самый «подмосковный маньяк», которого, сбившись с ног, безуспешно искала милиция, добровольные помощники и прочие недотепы! Карьера «подмосковного Потрошителя» внезапно и загадочно оборвалась.

–  Почти как в девятнадцатом веке в Англии!
– добавила Ева.
– Убийство двадцатичетырехлетней Джейн Келли, у которой он вынул сердце, было последним. Спустя некоторое время полиция закрыла дело, оставив общественность в неведении. Ходили слухи, что убийца сделал признание и утопился в Темзе. Но его предсмертное письмо никто не опубликовал, содержание его неизвестно. Да и существовало ли оно?

–  История полковника Алфеева закончилась по-другому, - продолжил сыщик.
– Однажды летом на подмосковной даче он изнасиловал и убил некую Маргариту. Свидетелем убийства случайно стал подросток Дениска, проживавший в соседнем доме. Уже тогда у него проклевывались задатки «великого комбинатора». Юный злодей сфотографировал убитую девушку и удостоверение полковника, лежавшее рядом с трупом, а затем занялся вымогательством. Зная, что он на грани разоблачения, Алфеев, вероятно, испытал сильнейший стресс, усугублявшийся еще и невозможностью дальнейших убийств. Слишком опасно! Полковник пытался загнать пожиравшего его зверя глубоко внутрь, заливал жажду крови алкоголем, забросил карьеру, заболел и доживал свои дни анахоретом. На смертном одре он призвал своего сына и раскрыл ему жуткую тайну. Во-первых, чтобы предостеречь - шантажист мог заняться преследованием Олега. Кому приятно оказаться сыном убийцы, не говоря уже о карьере Рязанцева? Во-вторых… кто может со всей ответственностью утверждать, что «подмосковный маньяк» не передал Дух Зла своему потомку?

–  Что за глупости?
– возмутилась Кристина.

–  Я слышал, ведьма или колдунья не может умереть, пока не передаст кому-либо свои способности, - сказал Крюков.
– Дыма без огня не бывает.

Адамов предусмотрительно промолчал. Главное, что с него сняты все подозрения.

–  Поскольку Рязанцев вряд ли поведает нам, как все произошло, я рискну высказать свои соображения, - продолжал Всеслав.
– Олег после смерти отца стал сам не свой. Его обуяли сначала ужас, боязнь позора, а потом… появилось некое странное чувство, которому он не находил объяснения. Это было зарождение Потрошителя, его пробуждение ото сна! Наряду с лихорадочными поисками шантажиста Рязанцев придумывал способ избавиться от угрозы раз и навсегда. Выйдя на Дениса Матвеева, он решился на убийство. Но судьба посмеялась над сыном полковника: Матвеев пал от руки своей любовницы, а его так называемое «наследство» - дневники и бумаги - исчезло. Так получилось, что оно попало мне в руки… и вдобавок я встретил Еву, полюбил ее. Увы! Мне пришлось, а возможно, и посчастливилось, раскрыть ей глаза на ее мужа. Олег потерпел фиаско по всем направлениям, он затаил зло. Я знал, с кем имею дело, и хотел обезопасить Еву от посягательств бывшего супруга. Я припугнул его бумагами Дениса! Солгал, что они в надежном месте и что в случае малейшей угрозы Еве с его стороны я дам им ход. Она останавливала меня, но я ее не послушал. Я уничтожил Зло не до конца и едва не поплатился за это.