Шрифт:
Артем вернулся в комнату и улегся на диван. В дверь позвонили.
– Ну, нет! – подумал он. – Нет! Звоните хоть до утра! Фиг вам!
Водрузив на голову подушку, Артем делал героические попытки уснуть, но тщетно. Этажом выше бегали слоны. С потолка едва не сыпалась штукатурка. Господин Пономарев вскочил и забарабанил гантелей по трубе отопления. Никакого эффекта! Спустя пару минут послышался собачий лай. Это Альма реагировала на непривычные звуки.
Сыщик набрал номер пенсионеров, несмотря на поздний час. Трубку взяли сразу.
– Извините меня за поздний звонок, – произнес Артем, услышав голос Вячеслава Ивановича. – Но я не могу уснуть! Что там у вас за шум?
– Альма лает, – объяснил старик. – Вы бы снотворного приняли на ночь, раз сон не идет!
– Альма тут ни причем. Кто-то бегает!
– Опять вы за свое, молодой человек! – возмутился старик. – Зайдите и сами убедитесь, что никого, кроме меня и супруги, в квартире нет. Нам незачем бегать! Мы лежим и смотрим телевизор: ночной канал. Что у вас за странные фантазии?! Это вы стучали по батарее?
– Я, – вынужден был признаться Артем.
– Зачем? Дайте нам покой, наконец! Жена очень волнуется, говорит, что раз вы стучите, то вам плохо. Хотела скорую помощь вызвать! Может, вам действительно плохо?
– Нет-нет, со мной все в порядке! Извините…
Артем положил трубку. Голова у него шла кругом. Не могло же ему, в самом деле, показаться? Этого только не хватало!
Раздавшийся громкий топот окончательно вывел его из себя. Господин Пономарев отправился на кухню, нашел в холодильнике недопитую бутылку водки, налил себе четверть стакана, выпил и подошел к окну. В темноте ночи мела метель, ветер гудел и бросал в стекла снегом. Артем считал до ста и обратно, чтобы успокоиться. Это оказалось не так просто.
Наконец, он снова улегся на диван, накрывшись двумя подушками. На этот раз ему удалось уснуть. Ночью он несколько раз просыпался от каких-то стуков, шагов и шорохов. Но утром Артему показалось, что все шумы ему приснились. Во всяком случае, он не был уверен, слышал он их наяву или во сне.
С вешалки в прихожей упала его куртка, – возможно, именно этот звук и спровоцировал все остальные слуховые галлюцинации. Собираясь на работу, Артем уже был почти убежден, что беготня по потолку и ночные шорохи не более, чем плод его фантазии, взбудораженной господином Вольфом, Динарой и тем необычным, что с ними связано.
Глава 33
Пахло жареным луком, мясом и перцем. Красный абажур придавал кухне Динары уютный и своеобразный вид. На плите что-то аппетитно булькало.
– А я в плов всегда кладу лавровый лист, – сказала Людмила Станиславовна Авдеева, которая сидела за столом и пила чай.
– Некоторым не нравится запах лавра, – ответила Динара, промывая рис, чтобы бросить его в казан с мясом.
– Да… у каждого свой вкус.
Дина Лазаревна понимала, что Авдеева явилась к ней неспроста, но ни о чем не спрашивала. Такое у нее было правило. Рано или поздно гостья сама заведет разговор о том, что ее волнует.
– Диночка, я ведь к вам за советом пришла! – решилась, наконец, Авдеева объяснить цель своего визита. – Меня сны замучили. Понимаете…снится один и тот же сон, вернее… об одном и том же. Будто я с мужчиной, вдвоем, в какой-то комнате или гостиничном номере. И он сначала на меня кричит, ругается…потом бьет, а потом…убивает. Совсем, насмерть… Кровь кругом! На полу, на стенах… Мне очень страшно!
Динара накрыла крышкой казан с пловом и села напротив Авдеевой. То, что говорила Людмила Станиславовна, ей не понравилось.
– И давно вы такие сны начали видеть? – спросила она.
Авдеева задумалась, вспоминая.
– Не очень.
Людмила Станиславовна хотела бы рассказать Динаре о случайно подслушанном ею разговоре, когда неизвестный мужчина обвинял в убийстве Никитского, владельца фирмы «Альбион» и ее директора. Но не смогла, побоялась. К тому же сны стали ей сниться раньше, а после того разговора это участилось.
– И все таки… может, вспомните?
– Ну, не знаю…где-то с осени. Еще когда я ходила на старую работу!
Динара вздохнула с облегчением. Хоть это не связано с Вольфом!
– А почему вас это беспокоит, Людмила Станиславовна? Ночные кошмары не такая уж редкость. Может быть, вы переутомляетесь или нервничаете, вот сон и нарушается.
– Правда? – Авдеева вздохнула и потерла виски. – Я так не думаю. Мне стало страшно заходить в незнакомые подъезды, и даже в собственную квартиру! Особенно, когда Володи нет дома. У нас семейные отношения разладились, но все равно, мне спокойнее, когда я в квартире не одна.