Едва во взгляде рыжего начала появляться осознанность и вернулась возможность двигаться, он обхватил ладонями голову и начал шептать заклинание. Через пару секунд тело пижона овеяло легкое белое свечение, а когда оно погасло, на Касте не то что ран, даже проступивших было синяков не осталось!

Глун наблюдал за процессом исцеления рыжего с нескрываемым любопытством. Ну а когда Каст откинулся на спинку кресла и облегченно выдохнул, новый декан факультета Огня криво усмехнулся и спросил:

— Ну что, живой?

— Более чем, — отозвался пижон. Голос прозвучал хрипло, но бодро.

— В таком случае, помоги. — Глун кивнул на Дорса. — Нужно дотащить до спальни. Один не справлюсь.

Честно? Я открыла рот, чтобы возмутиться, но Каст был более чем готов. Придержав простынь, поднялся. После обмотал алый шелк вокруг бедер и шагнул к воднику.

Я же услышала:

— Даша, дверь!

Отступившее было напряжение вернулось. И толика обиды к нему добавилась — просто этот приказ, этот тон. Впрочем, Эмиль фон Глун в своем репертуаре.

С прежней покорностью я подскочила к двери в спальню. Открыла и придержала. Хмуро пронаблюдала, как огневики укладывают невменяемого Дорса на застеленную алым покрывалом кровать.

— Что с ним? — спросил Каст запоздало.

— Не знаю, но разберусь, — ответил Эмиль. — В любом случае, впутывать его в эту историю не нужно. Для всех вас было трое. Ты, твоя телохранительница и Дарья.

Я таких слов не ожидала. Каст, судя по всему, тоже. Вот только поспорить с деканом никто из нас не решился. Не знаю, какие чувства двигали в этот момент пижоном, а я промолчала, потому что точно знала — Глун Дорсу поможет. Действительно поможет!

Хозяин спальни указал на дверь, и спустя полминуты мы все, исключая Дорса, вновь очутились в гостиной. А в следующий миг Глун начертал в воздухе символ вызова. А потом еще один. А за ним и третий.

Кого звал? Да все тех же лекарей, как вскоре выяснилось. Ведь Лерра к стану полубогов не относилась и возвращалась к жизни гораздо медленней и неохотнее, нежели наше рыжее величество.

Несмотря на все тяготы и ужасы сегодняшней ночи, а также не самое лучшее состояние моих товарищей, следующие полчаса я… нет, не хохотала, но около того. Я давилась смешками и честно пыталась замаскировать их под кашель.

Дело в том, что едва в апартаментах Глуна объявились лекари, стало ясно — наш новый декан не только девчонок тиранить умеет. И чувство юмора у него, оказывается, тоже есть. Ну а в том, что синеглазый брюнет относится к числу людей мстительных, я вообще никогда не сомневалась.

Он, страшно признаться, все-таки упек рыжего в лазарет!

Вот просто взял и сдал на руки лекарям! И все возмущения пижона, который честно пытался от госпитализации отвертеться, банально проигнорировал. Ну а когда Каст попытался качнуть права, одарил таким взглядом, что рыжий мгновенно заткнулся и сам в местную больничку отправился. Да-да, прямо так, в одной только простыне! Алой!

А вот Лерру, которая начала приходить в себя, но пребывала в каком-то пограничном состоянии, не увели, а вынесли. Один из помощников лекаря — огромный такой и чем-то похожий на гориллу. Но переживаний на ее счет не было: результат быстрого осмотра, который провел лекарь, был оптимистичным. Мол, физических повреждений нет, и выживет непременно.

Меня работники медицинского цеха тоже осмотрели, но внимание это было не слишком пристальным. Виной тому послужил хмурый взгляд декана факультета Огня и его же заверения в том, что иномирянка не пострадала.

В самом начале, когда эти слова только прозвучали, стало чуточку обидно — слишком уж такое отношение дискриминацией попахивало. А спустя минуту пришло осознание — все правильно! Не надо мне в лазарет! Лучше на родной чердак Ведь там Зяба и Кузьма, которые жутко волнуются и по которым лично я безумно соскучилась.

Ну а Дорса от медиков попросту скрыли. Это тоже могло стать поводом для беспокойства, но я за друга не волновалась. Даже не чувствовала, а твердо знала — с ним все хорошо будет, Глун позаботится.

Еще одним поводом для улыбок было осознание — вот теперь точно все! Все закончилось! И все закончилось благополучно! Больше никаких подозрений и покушений, и никаких поводов дрожать и ждать удара!

Но едва за лекарем и его командой закрылась дверь, стало ясно — радоваться все-таки рано…

— Мне понадобится информация, Дарья, — сказал Глун. — Вся информация по действиям и мотивам Фиртона.

А когда с моих губ сползла эта шальная и не слишком-то неуместная улыбка, добавил:

— Я состою в Совете Магов. У меня есть определенные полномочия. И я хочу составить отчет, который исключит повторное появление здесь комиссии.