Как я и говорила, Ольхина появилась вовремя, с небольшим пакетом в руке. Еще два, с логотипом местного супермаркета, нес высокий блондин. Невероятно острое после ритуала зрение позволило мне хорошенько разглядеть мужчину, завладевшего сердцем моей подруги. Да, эффектный, даже без длинной косы. Правда, от колкого взгляда, которым он окинул местность, открывая для Карины дверь черной «мазды», захотелось вжаться в сиденье. И это притом, что сквозь тонированные окна машины ведьм он не должен нас увидеть.

– Бракованные яйца Венеры! [2] – выдохнула Трофимова, когда рассмотрела Карину.

– Не ругайся, – прошептала Иванченко и добавила: – Неужели дела у подруги Гласа настолько плохи?

– Рано говорить, – прозвучало в ответ. – Нам нужно проследить за ними. Чтобы поставить диагноз, слишком мало информации.

– Ладно, только пускай отъедут подальше – я знаю дорогу к дому Чеславы Владимировны.

Когда благодетельницу приковало к кровати, Кариша часть забот о ней взяла на себя, а именно – покупку лекарств и продуктов. Наверное, плохо так говорить, но за пять лет Ольхина выплатила полную стоимость парикмахерской раза два, а то и больше. В бытность подруги простым мастером я неоднократно видела ее работодательницу. И могу признаться, что ни тогда, ни спустя время она мне не нравилась. Что-то скользкое, неприятное было в ее общении с Кариной: сюсюкая с ней, она порой зло улыбалась, когда думала, что на нее никто не смотрит. А еще после общения с Чеславой хотелось не только принять душ с большим количеством мыла, но и поспать, настолько она выматывала своими приторными речами. Но Карина, казалось, этого не ощущала и обижалась, когда я коверкала отчество женщины, называя ее Вампировной.

– Думаю, теперь пора? – Сидящая за рулем Арина лучилась энтузиазмом. – Герда, объясните дорогу, а потом Римма поделится с нами своими наблюдениями.

– Я же сказала, что данных мало, – буркнула Трофимова.

– Ничего, ты редко ошибаешься даже с минимальными сведениями.

– Не пытайся задобрить меня комплиментами, не выйдет, – заявила мать Ульяны, хотя было видно, что ей приятно слышать похвалу в свой адрес.

Когда мы свернули на улицу, в конце которой находился дом Чеславы Владимировны, ведьма заговорила. А я вскоре пожалела, что влезла в дела подруги, втянув в них посторонних.

Для начала мне взорвали мозг историями про рай и ад, ангелов и демонов, которые отличались от тех, что можно прочитать в Библии. После Римма сосредоточилась на детях падших ангелов, рожденных земными женщинами. Оказалось, что матерью нефилима может стать не каждая, поэтому таких уникумов ищут демоны, чтобы продолжить свой род, а также «Разящая длань», группа колдунов-фанатиков, – чтобы уничтожить. Однако открыто убивать не в правилах секты, да и считается нерациональным, так как дремлющую силу девушек можно использовать себе на пользу. И для этого к потенциальным невестам крылатых прикрепляют наблюдателей, изводящих несчастных неприятностями и болезнями. После этих слов мое сердце тревожно екнуло, а Трофимова подтвердила, что в число таких бедняжек входит и моя подруга.

– Судя по вашему, Герда, рассказу, Ольхиных «Разящая длань» ведет уже несколько поколений, запланировав оборвать род на Карине.

– На чем основан твой вывод? – удивилась Арина.

Ее будущая сватья любезно пояснила:

– Девушка последняя в роду, и у нее до сих пор нет ребенка. Да и тетки умерли в молодом возрасте бездетными.

Обида за подругу сдавила горло. Где справедливость? Медленно убивать невинных женщин всего лишь за то, что они генетически совместимы с теми, кого «Разящая длань» поклялась уничтожить. Сектанты называют демонов злом, ну а сами они кто?

– Что нужно, чтобы спасти Карину?

– Всего лишь оборвать связь с наблюдателем и увезти туда, где ее не найдут.

– «Всего лишь»? – Я с сомнением покачала головой. – Да Кариша словно срослась с нашим городом! Когда она поступила в столичный университет, заболела ее мама, пришлось вернуться. Через время бойфренд просил перевестись в вуз в соседней области – и вскоре после этого разбился насмерть. А шесть лет назад она загорелась идеей все бросить и начать новую жизнь в другой стране, и ей вдруг подарили парикмахерскую…

Чем больше я рассказывала, тем ясней понимала, что преграды возникали не случайно. Казалось бы, вот оно! Таких совпадений не бывает! Но разве кто видел в этом чужой злой умысел? И только одна из теток Карины заподозрила неладное.

Заметив, что я расстроилась, недоученная специалистка по проклятиям решила меня утешить:

– «Разящая длань» вне закона, Герда. Как Глас, имеете полное право, найдя наблюдателя, свернуть ему шею. И никто вас не осудит и не потребует веских доказательств вины казненного.

– А если потребуют, достаточно показать Карину, – вклинилась в разговор вторая ведьма.

– Гм…

– Что за «гм», Римма? Выражайся внятно!

– Не уверена, но сдается мне, подруга Гласа не сможет быть «доказательством».

– Ольхина скоро умрет?!

– Нет-нет! – Женщина прижала худую руку к груди. – Неточно выразилась, простите. У вашей подруги все относительно хорошо. Между Кариной и ее наблюдателем поводок есть, но он неактивен и, похоже, уже давно.

– Ее сектанты решили отпустить?