Шрифт:
«Здесь покоится герой, чтивший память павших в бою. Остановись же на мгновенье, путник, склони голову и подумай о вечном…»
М-да…
Кот следил за мной внимательным взглядом.
— Сейчас, боец, потерпи! Реанимируем твоего хозяина!
Ломаю печать на свитке «Воскрешения», жду положенные двенадцать секунд и сдавленно ахаю.
— Хозяйку…
В хрустальной сфере возрождения видна фигура молодой девушки в спортивном топике с черной галкой брендового логотипа. Как там бубнила реклама? Крыло богини Ники?
А вот и еще один способ вычислять попаданцев — внимательно смотреть, в чем они спаунятся. Сорвавшиеся в игровых аватарах появляются в дизайнерских подгузниках для мальчиков, либо в полупрозрачном пеньюаре для девочек. А вот захваченные Друмиром земляне — воскресают в собственном исподнем.
Кстати, а ведь симпатичная, причем по меркам обоих миров…
Мне уже порядком приелись идеальные симметричные лица, сгенерированные ИскИнами по шаблонам, разработанным для пластических хирургов.
На фоне толп однотипных красавиц даже орки и гоблины начинали радовать глаз. Сознание замылилось, сделало выверт на сто восемьдесят и начало с интересом присматриваться к уникальным лицам простушек и бывших дурнушек.
Девушка крутилась вместе со сферой, присев на одно колено и удерживая равновесие расставленными в стороны руками. Десять секунд центрифуги. Поначалу и вправду может подташнивать…
Ее взгляд был на удивление спокоен и внимательно скользил по окружающим предметам. Щека чуть дернулась при виде трехметрового медведя, бровь взлетела вверх, разглядев седока в артефактной броне.
Я горделиво выпрямился — приятно все же спасти симпатичную девушку. Благодарностей особых не надо, но толику восхищения и целомудренный поцелуй приму достойно.
Звяк!
Сфера рассыпалась облаком тающих льдинок, и незнакомка рухнула в воду, предсказуемо окунувшись с головой. Ну да, пока суд да дело — плотик отдрейфовал на пару метров и воскрешение пришлось аккурат над теплыми водами тропического моря.
Девушка вынырнула, откашлялась — коварное падение подловило ее на вдохе. Брезгливо отгребла от себя ладошкой полудохлую медузу четвертого уровня, явное порождение реала.
Хм, немая она, что ли? Я бы уже матерился после купания либо хрипел от ужаса, приходя в себя от посещения Великого Ничто.
Я прищурился, поднимая интерфейсы и не очень прилично уставившись на мокрую девицу.
— Екатерина Медведева, 43-й уровень.
Хм, не понял… Это за какие заслуги система так круто одарила новичка? Она кто вообще? Киллер, спецагент или гений квестов?
Тем временем девушка подхватила на руки загрохотавшего встроенным дизелем Кота. Отбросила мокрую челку и наконец повернулась ко мне.
— Спасибо…
Голос приятный, как будто с легким, едва угадываемым акцентом. Подглючивает переводчик с иврита? А как же русское имя?
Пожал плечами.
— Расти большая и пореже умирай.
Девушка все-таки не стальная — едва заметно вздрогнула, затем криво улыбнулась, одной половиной рта. Её серо-голубые глаза выглядели пугающе — зрачки дрожали и метались по сторонам, словно она пыталась читать микрокнигу, закрепленную на спине у безумного комара.
Знакомая фишка — такое наблюдается при быстрой либо бестолковой работе с виртинтерфейсами. Следующее поколение людей будет лупоглазое, с перекачанными глазными мышцами… Хомо Окуломутори — человек глазодвигательный!
— Постараюсь. Слушай, у меня обзор на две трети окошками перекрыт, завалило — как рекламой на социальном канале виртнета. Уровни, еще уровни, достижения какие-то. «Сестра Давида» — жесть просто! Я в игрушки не играла практически, тут есть что-то важное или можно закрывать?
Я, честно говоря, обалдел от такого хладнокровия. Ее в другой мир закинуло, убило и воскресило — а она с котом обнимается, целомудренно топик выжимает и параллельно менюшки под себя подгоняет.
— Закрывай. Логи потом поднимешь, разглядишь свои награды. — Тут меня осенило. — Так ты умудрилась монстра из пистолета завалить?
Зачерпнув горсть латунных гильз, я позволил им со звоном просыпаться между пальцев. Кстати, тоже ценная сувенирка, на аукционе не одну тысячу золотых потянет. Ностальгирующих по огнестрелу хватает.
Катя помрачнела.
— Не я, охранник мой, Андрей. Первому варану он обойму четко в глаз разрядил. Сорок пятый калибр, экспансивные пули — зверю череп наружу розой раскрыло. Вот после этого нас и завалило окошками сообщений. Обзор перекрыло наглухо, его и сдернули в воду. Тварь не одна оказалась. Пока его рвали, плот течением оттащило, а стрелять я не могла, боялась Андрея зацепить. Ну а потом меня снова догнали…