— Я ничего не забыла, — тихо сказала Ирина.

Игорь понял ее слова по-своему.

— Я тоже! — с энтузиазмом подхватил он и предложил: — Давай вместе вспомним былые деньки! — Егоров обхватил ее за плечи и потянул вглубь квартиры, бормоча при этом одну из своих любимых пошлых шуточек: — Бильярдист срочно ищет лузу, кий и шары наготове…

— Ищи ее в другом месте! — Ирина стряхнула его руку.

— Ира, — заныл Игорь, пытаясь снова обнять ее, — ты нужна мне и как женщина, и как…

— А ты не думаешь, что я могу быть нужна другому человеку? — Ирина изо всех старалась сдержаться, но прикосновения бывшего мужа вызывали в ней судорогу отвращения.

— Что?! — Игорь не поверил собственным ушам. — Ты кому-то нужна? Да какой уважающий себя мужик посмотрит на тебя два раза, воробей ты драный?! — В этот момент он увидел здорового молодого парня, выглянувшего из кухни и поздоровавшегося с ним. — Это кто?!

— Какая тебе разница? — Ирина отвернулась к Шестакову: — Сережа, поставь чайник.

— Это тот самый другой человек? Ты… с этим сопляком?.. — Егоров опешил и вроде бы даже протрезвел.

— Нет, это мой дипломник.

— Так я и поверил! Ты спуталась с молокососом! И не с одним! — Егоров вдруг разглядел на вешалке еще одну мужскую куртку. — Какая же ты тварь!

— Эй, послушайте! — на пороге кухни появились Саша с Сережей.

Ирина не дала им продолжить:

— Мальчики, — она легонько подтолкнула их назад, — посидите, пожалуйста, на кухне, ни во что не вмешиваясь. Все в порядке. Это мой бывший муж.

Ребята переглянулись и нехотя послушались.

— Игорь, — начала примирительно Ирина, — давай поговорим как-нибудь в другой раз. Я себя плохо чувствую, у меня температура, — у нее и в самом деле начался озноб, — уже два дня я не хожу на работу, поэтому ребята пришли на консультацию ко мне домой.

— Знаю я эти консультации! — Игоря пошатывало. — Проститутка!!! Да я тебя сейчас отымею прямо здесь, на глазах у этих младенцев! Проведу вместо консультаций практические занятия!

— Да как вы смеете! — в коридор выскочили возмущенные до предела Саша с Сережей.

— Сидеть! Кому сказано?! — осипшим голосом рявкнула Ирина, втолкнула Шестакова с Суворовым обратно на кухню и захлопнула за ними дверь.

— Тебя, сучка, уже сразу несколько малолеток должны трахать, чтобы ты хоть что-то почувствовала! — зло кривя губы, заявил Игорь. — На мелких пидеров переключилась?!

Ирина, не сдержавшись, дала ему пощечину.

— Вон!!!

— Ах ты шлюха! — заорал Егоров и замахнулся было на нее, но тут же взвыл от боли – кто-то, незаметно вошедший в квартиру, перехватил его руку и заломил за спину.

Из кухни снова вылетели Саша с Сережей и увидели за спиной бывшего Ирининого мужа человека в милицейской форме. Он профессиональной хваткой держал Игоря и почти ласково говорил ему:

— Еще один звук – и ни один хирург твоей рукой заниматься не станет, если только отрезать решит.

— Максим, не марай руки! Выкинь его отсюда, пусть катится! — Ирина открыла настежь дверь в подъезд.

— Именно это я и хочу сделать. — Максим Устюгов, не отпуская руку Егорова, пригнул его и вывел в такой позе на лестничную площадку, где освободил и от души дал пинка.

Игорь слетел на несколько ступенек вниз и, почувствовав себя в относительной безопасности, просто завизжал, давясь от злобы:

— Ты, мент поганый, своим положением пользуешься, формой прикрываешься! Еще пушку свою вытащи! Был бы нормальным мужиком, неизвестно, на чьей стороне был бы перевес!

Максим, уже почти зашедший в квартиру, моментально развернулся к нему, в одно мгновение скинул куртку, расстегнул ремень, на котором висела кобура с пистолетом, и бросил их на пол.

— Я сейчас все с себя сниму и голыми руками тебе покажу, кто из нас нормальный мужик, а кто нет, — пообещал он с нехорошей усмешкой.

Егоров кинулся вниз по лестнице с криками:

— Я на тебя в прокуратуру пожалуюсь!

— Если я еще раз о тебе от сестры услышу или, не дай бог, увижу здесь – яйца оборву и в глотку вобью. Тогда ты вполне будешь своей истинной натуре соответствовать! — рявкнул ему вдогонку Максим.

Дверь соседней квартиры приоткрылась, оттуда выглянул пожилой мужчина, возмущенно глянул на шумное сборище на лестничной площадке, но, увидев милицейскую форму, тут же исчез.

— Классно сказано! — раздался чей-то одобрительный возглас.