«Апостол Павел» – еле разобрал он в полумраке вязь старославянского письма. В облике апостола поражало соединение огромной внутренней мощи и покоя, отражение безграничных духовных возможностей человека. Нижняя часть лица терялась в тени, зато мощный высокий лоб настолько отчетливо выступал из темноты, словно светился изнутри. Такой же внутренний свет излучали и глаза, от которых невозможно было отвести взгляд. Окруженные глубокими тенями они как будто видели что-то, недоступное обычному взору.

Вадим не знал, сколько времени прошло, пока он, как завороженный, разглядывал иконы. Удивительное и, пожалуй, давно забытое чувство спокойствия и умиротворения охватило его. Медведев очнулся только, когда за спиной послышались чьи-то шаги и раздался громкий голос Меньшикова:

— Командир, с тобой начальник пожарных поговорить хочет, — запыхавшись, выпалил Сашка. — Есть идея!

— Тише, ты, чего орешь? — тихим голосом кто-то одернул парня.

Медведев в первый момент даже не понял, что это сказал Сергей Томский, зашедший в церковь вслед за Меньшиковым. Сашка остановился, будто налетел с размаху на стену. Вадим обернулся и выжидательно посмотрел на своих ребят.

— Что стряслось?

— Обсудить кое-что нужно. И по работе, и по другим вопросам. — Сергей восхищенно окинул взглядом помещение. — Красиво-то как!

Сашка покрутил головой по сторонам и вдруг толкнул Сергея в бок.

— Смотри, глаза, точно как у Светланы!

Он показал на икону, изображавшую мужчину и женщину. Большие голубые глаза женщины были наполнены мудростью и добротой, и весь ее облик был настолько светлым, кротким и нежным, что захватывало дух.

Томский долго смотрел на икону и молча кивнул головой.

— Это Петр и Феврония. — Отец Глеб подошел к спасателям. — Покровители семьи и брака.

— Феврония князя от проказы вылечила… — полуутвердительно-полувопросительно сказал Сергей. — Он сделал ее своей женой.

— Они жили долго и счастливо и умерли в один день, — задумчиво пробормотал Сашка, не отрывая глаз от образа.

Медведев мимоходом поразился познаниям Томского и Меньшикова и тоже стал разглядывать икону. Ничего общего в облике Февронии и Светланы он не нашел. Светкины глаза всегда были колюче-насмешливыми, не покой и умиротворение нес их взгляд, а одно лишь бешенство и желание сказать какую-нибудь гадость. «Ведьма она, а не святая!» – мелькнуло в голове, когда Вадим в сопровождении ребят возвращался в лагерь. Как всегда, мысли о Светлане ничего, кроме раздражения, не принесли. Сергей с Сашкой шли чуть позади, и по обрывкам слов Медведев понял, что разговор идет о ней. «Заморочила парней основательно! Приедем, поставлю перед Кронидычем вопрос ребром – или она, или я!» – решил он окончательно.

В лагере начальник отряда пожарных встретил Медведева самым настоящим панегириком в адрес Меньшикова.

— Я отберу у вас этого парня! — безаппеляционно заявил он под конец. — Это наш человек! Каким образом он среди спасателей оказался?

Вадим пожал плечами:

— Очень просто. Подал документы, руководство сочло, что он подходит. За год претензий к нему не было, вернемся, из стажеров в основной состав переведем.

Меньшиков стоял рядом и, слыша все это, шел малиновыми пятнами от радости и смущения.

— Лейтенант, — обратился к нему начальник отряда пожарных, — переходи служить к нам. Жилье дадим, женим на самой красивой девушке в Каменске. Через пять лет мое место займешь!

— Не-е, мне и дома хорошо, с мамой. — От настойчивых предложений майора Сашка решил отбиваться всеми способами и запоздало попробовал прикинуться маменькиным сынком и недотепой. — Я хулиган и разгильдяй, спросите Петровича, он подтвердит.

— Точно, — без тени улыбки заявил Новоселов, — руки постоянно чешутся шею ему намылить, еле сдерживаемся всем отрядом. Вы нам его через месяц вернете и будете слезно упрашивать, чтобы мы его назад забрали! А мы еще подумаем, спасать вас от этого бедствия или нет.

— Будет на парня наговаривать, вы лучше послушайте, что он предложил! — Начальник отряда пожарных не стал слушать критику в адрес так понравившегося ему Сашки. — Давай, расскажи всем!

Меньшиков помолчал, видимо, не зная с чего начать, а потом решил обойтись без предисловий:

— В торф нужно вбить на глубину не меньше двух-трех метров перфорированные трубы, и через них под большим давлением подать воду. Подобная методика называется «взрыв водой». Ее используют для тушения пожаров на зернохранилищах. Это может сработать и при тушении торфа.

Медведев пришел в недоумение:

— На мой взгляд, зерно и торф – разные вещи, да и масштабы не сопоставимы, но если вы считаете, что это поможет, давайте попробуем. С моей-то стороны что нужно?

— Поговори с Черепановым. — К разговору подключился Марат. — Уговори его связаться с военными и убедить их направить нам трубопроводную часть. Мощности наших насосов не хватит, они нужного давления не дадут.

— Вы точно уверены, что из этого будет толк? — Вадим плохо представлял себе, как реализовать Сашкино предложение. — Возьмите небольшой участок, несколько метров, и на нем попробуйте.