– Обращался. Мне сказал один член, – Волконский скривил губы, – корреспондент, что у меня не может быть детей. А о потенции заявил, что всё в порядке. Тогда как, – пациент полностью раскрепостился и выложил: – две профессионалки и одна дилетантка заметили, что не совсем в порядке.

– Что именно? – спросил Син Лун.

– Угол эрекции не тот. И вообще, анализ моей спермы приняли за иссохшее семя динозавра!

– Это как?

– Сперматозоиды абсолютно неподвижны. – Волконский закинул ногу за ногу. – И сколько мне теперь осталось, доктор?

– Если угол стал тупее, дело поправимое. Но для зачатия ребёнка придётся потрудиться. И вам, и мне.

– Сколько времени это займёт?

– Для улучшения потенции три дня. А вот, с детородной функцией придётся лечиться не менее года, а то и более.

– Доктор, давайте так. Вначале сделаем угол острым, а затем поработаем над возможностями зачатия.

– При вашей активности, очень сложно будет вернуть вас к прежнему состоянию.

– Какой ещё активности?

– Но вы же сказали, что можете и имеете по две женщины в сутки.

– Ничего такого я не говорил!

– А как с вопросами о цветах? Помните, что отвечали о розах?

– Да, – Волконский понял. У этих китайцев учился сам Фрейд, не иначе! Выходит, он наговорил о себе больше, чем на исповеди!

– Так вот. Необходим курс акупунктуры. Краткий, но почасовой. Нельзя прерывать, тем более опаздывать хотя бы на минуту! Для этого придётся оставить вас здесь.

– Жить в этом кабинете?

– Чего не сделаешь для здоровья?

– Когда начнёте, доктор?

– С завтрашнего утра.

– Ас сегодняшнего вечера нельзя?

– Пусть так, – согласился китаец. – Запаситесь терпением и приступайте!

– А услуги, еда и прочее, как с этим?

– Вы можете заказать себе пищу из любого ресторана. Только заносить будут исключительно мужчины. В течение трёх суток вам нельзя не только прикасаться, но и смотреть на женщину.

– Хорошо. Какова цена моего заточения?

– О цене договоримся. Думаю, дорогой князь, вы не бессребреник.

– Ещё маленький, но важный вопрос, доктор, – Волконский указал взглядом на набор игл с ужасающими длинными пружинами. – Это станете втыкать в член?

– Что вы? Исключительно в спину. И то не много и не надолго.

– Согласен, – сказал Волконский так, будто решал судьбу мира.

Китаец развёл руками.

– Жду вас к десяти вечера! – сказал Син Лун на прощание.

Волконский кивнул. Китаец заметил, как дёрнулись мышцы шеи пациента. Улыбнулся нейтральной китайской улыбкой и довольно-таки крепко пожал руку.

Через полчаса Нина Петровна с Валентиной сидели у китайца в кабинете.

– Что вы будете делать с моим мужем?

– Общеукрепляющий курс лечения. Его проблемы я решить за трое суток не смогу.

– Вряд ли кто её решит, – тихо сказала Нина Петровна.

Китаец хорошо слышал, но промолчал.

– А что вы можете сделать, дорогой Син Лун? – спросила Валентина.

– За деньги, которые вы внесли, плюс доплатит сам князь, – китаец посмотрел на манекен мужчины с многочисленными лампочками, обозначающими точки для акупунктуры, – можно сделать так, чтобы он не имел побочных связей.

– Как! Чтобы он совсем не мог ни с кем, кроме жены?

– Это обещают колдуны и маги. Я хоть и выучился на волшебника, такого не скажу. Но можно сделать так, чтобы влечение к женщине у пациента наблюдалось в строго определённое время суток. Например, в десять вечера. Или в половине двенадцатого.

Валентина кивнула.

– Нет! Нет! – замахала руками Нина Петровна. – Извините за всплеск эмоций, но мне тогда его совсем не достанется!

– Тогда хотя бы сделайте, чтобы у него не было постоянной тяги к чужой бабе!

– Валентина!

– Что, Нина Петровна? Я что-то не то ляпнула?

– Я могу сделать, чтобы не было тяги вообще. Или никак.

– Не надо ничего делать! Я вам заплатила за трое суток полной изоляции, не так ли? Так и устройте эту изоляцию!

– Не волнуйтесь, Нина Петровна! К нему в комнату и муха не залетит!

– И свою дочку уберите на это время! – сказала Валентина.

– Её-то зачем?

– Мы заплатим за все издержки! – поддержала Волконская.

– Но я уверен…

– Вы не знаете этого человека!

– Судя по тестам, он никогда не станет вступать в близость с женщиной против её желания.