– Полагаю, вы прихватили с собой пару знаменитых эльфийских следопытов. Право слово, совершенно лишне. Чародей вашего уровня может преодолеть почти любые преграды, полагаясь лишь на себя.

– Не любые. До вашего отца в свое время добраться не получилось, - улыбнулся уголками губ Ратриолла.

– Это потому что его охранял Гартиан. Как показала история, сильная некромантия способна успешно бороться даже с вашими чарами.

– Некромантия сильна сама по себе, а в руках могучего чародея она становится поистине всесокрушительным оружием.

– Какая жалость, что единственная сила, способная успешно бороться с магией Матери, лишилась половины своих учеников и почти всех книг.

– Безусловно, это было очень печально, - со вздохом согласился эльф.
– Тот страшный пожар осенью...никто и представить не мог, что его величество Гашиэн пойдет на такую подлость. И где, спрашивается, он раздобыл столько змеиного огня?

– Меня тоже интересовал этот вопрос, - кивнул император.
– Ведь всем известно, что лиоссцы ни с кем не делятся своим устрашающим оружием, даже если их очень сильно об этом попросить. Хотя, говорят, за некоторые услуги особого рода, халифы готовы поделиться этим бесценным веществом.

– Конечно же, при условии, что одариваемый не попытается проникнуть в секреты колдовского огня жителей востока, - закончил за него эльф.

– Именно так, зрящий, хотя поправлю вас: этот огонь не имеет отношения к магии. Но, так или иначе, я готов спорить, что страшная участь, постигшая Орден, несет не только плохое, но и хорошее, верно же?

– Как и все в этом мире, - согласился с ним эльф.
– Высокие братья стали слишком спесивы и заносчивы, они начали диктовать свои условия там, где никогда раньше не осмеливались и рта открыть. Полагаю, что это страшное злодеяние позволит им трезво взглянуть на жизнь, и когда Орден восстановит свою численность, его политика будет более осмысленной.

Шахрион дружески улыбнулся эльфу, хотя сейчас ему очень хотелось от души врезать по этой самодовольной роже, прикрывающей учтивостью и вежливостью свое презрение к низшим с его точки зрения существам.

Видимо, что-то такое промелькнуло в его глазах, потому что Ратриола вздохнул и проговорил:

– Думаю, на этот раз нам все же стоит поспешить. Вы понимаете, зачем мы пришли?

– Прекрасно понимаю, зрящий. Также как догадываюсь, что охрана не придет мне на помощь. Великий туман, если не путаю?

В глазах эльфа промелькнуло уважение.

– Вы полны сюрпризов, Владыка. Едва ли один из тысячи чародеев знает, что это такое.

– Я потратил много времени и сил, чтобы разобраться в эльфийских методах...решения проблем.

– И как, помогло оно вам?

– Еще как. Вы использовали меня, а я вас.

– Вот как вы себе это представляете?
– изогнул брови зрящий.
– И каким же образом вы, позволю себе поинтересоваться, использовали мой народ и меня?

Шахрион улыбнулся и небрежно откинулся на кровати.

– Все было достаточно просто. Я предположил, что Последняя война нанесла вам ущерб не меньший, чем Империи.

– Неужели?
– усмехнулся эльф.

– Да. Когда легионеры проломили ваш строй и устроили резню, какая часть армии полегла на поле? Половина? Две трети?
– Улыбка быстро сошла с лица Ратриолы и оно вновь превратилось в непроницаемую маску. Шахрион мысленно похвалил себя - в очередной раз у него получилось пробить броню надменного эльфа.
– Ваша главная проблема - нежелание рожать и растить детей. Сколько вас сейчас осталось, о звездорожденный? Десять тысяч, а может быть двадцать?

– Какое это имеет значение?
– несколько грубее, чем следовало, спросил эльф.

– Самое прямое. Это простолюдинам вы будете рассказывать, что началась эпоха человека и вы, благородные эльфы, оставляете ему мир. Мы-то с вами знаем, зрящий, как сладка власть и как тяжело с нею расставаться. Вам пришлось говорить ерунду, чтобы сохранить лицо, но готов поспорить, что вы в глубине души в бешенстве от того, что какие насекомые, мотыльки-однодневки, чей век угасает раньше, чем вы успеваете заметить, смеют указывать великому и древнему народу, что ему делать и как жить. Вы бы и рады поставить их на место, да вот только сил уже не осталось. Ошибка, допущенная во время Последней войны, стоила слишком дорого, и когда Мать предъявила вам счет, звездный народ оказался банкротом. Осознав эту истину, я пришел к другой, не менее простой: любой, кто затеет на континенте большую войну автоматически станет вашим попутчиком. Естественно, лишь на определенное время.
– С каждым словом Шахрион обретал все большую уверенность, он чувствовал, что все они достигают длинных ушей великого чародея.
– Так вот, в странах Лиги до сих пор не научились приемам тайной войны. Максимум на что их хватает - это подослать к врагу убийцу с кинжалом или склянкой яда. Другое дело - эльфы, от вас не утаить ничего. Попытайся я восстановить военную мощь втайне от вас, и уже через месяц под стенами моей столицы собрались бы армии всей Лиги.

Тут он остановился, чтобы перевести дух и поднялся с кровати.

– Конечно, если бы вам это было выгодно.

– Это все очень занимательно?
– со скучающим видом произнес эльф.
– Я так и не услышал главного: каким образом вы использовали нас, владыка?

– Прямым. Вы закрывали глаза на все. На лича, на некромантов, на превращение Империи в мировой центр работорговли, на одаренных детей, которых похищали, чтобы воспитать их как верных сынов Матери, на десятки мануфактур, заваливших страны Лиги имперской продукцией. Только благодаря вам я смог зайти так далеко, именно используя вас, зрящий у меня получилось восстановить Империю.