– Когда большая часть коротышек покинет города других стран Лиги, места им станет не хватать, и нам придется повоевать с южными соседями, - закончил за нее Шахрион.

– И ты пойдешь на это?

– Конечно, у меня не так много надежных союзников, - задумчиво проговорил император.
– К тому же будет не лишним сильнее привязать их к себе, не находишь?

Тартионна покачала головой.

– И когда ты начнешь доверять хотя бы кому-нибудь?

– Я верю тебе, мне достаточно.

– Гартиан расстроится, если услышит.

– Ему сейчас не до меня, - рассмеялся Шахрион.
– Столько новых перспективных учеников, которым следует промыть мозги. Скажи лучше, послы его величества венценосца Исиринатийского уже прибыли?

– Да, но ты точно хочешь поддержать этого...
– Тартионна запнулась, подбирая выражение, - человека? Он тебя ненавидит и начнет собирать войска сразу же, как только победит брата.

– Могу только пожелать его величеству Ритону Первому удачи в столь благородном начинании. Его двоюродный брат удерживает почти половину северной Исиринатии и немалую часть Стоградья, хотя последнее я бы не назвал особым преимуществом. И брат этот ненавидит меня больше, чем новый венценосец, так что пускай повоюют.

Послы проявляли настоящие чудеса раболепия и готовы были признать все завоевания великого Черного Властелина. Контраст с тем, что Шахрион видел раньше, изрядно позабавил бы императора еще год назад, сейчас же он вызывал лишь скуку и раздражение.

Отделавшись от надоедливых мух, Шахрион решил немного передохнуть и вышел на балкон, с которого открывался обширный вид на его город. Десятки мануфактур, извергающих дым и пламя в воздух, облепленные лесами стены, восстанавливающиеся спустя год после осады, и улицы, бесчисленные улицы и улочки, заполненные тысячами людей. Его столица, и было бы замечательно ее сжечь. Спалить дотла.

Он сжал губы и обхватил руками перила. За спиной послышался ехидный смех. Тень сегодня была довольна, и не удивительно, она всю ночь насылала на него кошмары.

– Уйди, - одними губами взмолился властелин, прекрасно понимая всю глупость такой просьбы. Он возжелал силы и победы, он их получил.

Шахрион вновь бросил новый взгляд на свою столицу. Сколько уже сделано, и сколько еще предстоит... Освоение отбитых территорий, увеличение армии, воспитание новых некромантов и создание собственной Академии стихайной магии.

Жаль только, что результаты своих трудов он не увидит - с каждым месяцем Тень становилась сильнее. Сколько получится сдерживать монстра, владыка не знал, зато он был уверен, что убьет себя до того, как Тень полностью сведет его с ума.

Наверное, отец в свои последние месяцы чувствовал себя схожим образом.

Шахрион судорожно вздохнул. Он вряд ли увидит, как его сын начнет ходить, и уж точно не доживет до момента, когда мальчик станет мужчиной. Он никогда не будет учить его читать и писать, не расскажет сказку на ночь и не даст совет в сердечных делах... Юному Паштиону, названному так в честь деда, придется расти без отца...

Но он справится, мальчик родился сильным, настоящим бойцом. Он будет лучшим правителем, чем его отец. В этом Шахрион был уверен.

Он молил Мать только об одном, чтобы наследник избежал его судьбы и нашел свой путь в этой жизни. С этой мыслью император развернулся и направился внутрь. У него есть долг, который следовало выполнять до самого последнего мига. И он не сдастся без борьбы.

Тень снова рассмеялась и попробовала вывести Шахриона из себя, но тот усилием воли сдержался. Он будет сражаться вопреки всему, как делал это всю свою жизнь.

И, быть может, в конце-концов смеяться придется именно ему.