– Я...это так неожиданно, - бокал в ее руках задрожал.
– Мне нужно время...подумать.

– У нас нет времени. Да, или нет?

Шахрион заглянул ей в глаза и в них увидел ответ. Он дал Тартионне то, чего она хотела больше всего, и сердце Ледяной ведьмы растаяло.

– Я согласна.

Император подошел к ней и нежно поцеловал в губы.

– Хорошо.
– Шепнул он на ухо советнице.
– Мы поженимся любой из дней до моего отъезда - сама выбери, какой больше нравится - а свадьбу отпразднуем по завершению кампании. В Белом городе.

Бокалы звонко стукнулись, расплескивая драгоценное вино, чьи капли, такие же алые, как кровь, упали на каменный пол, знаменуя собой новый союз.

***

Десятая ночь первого месяца весны 36-го года со дня окончания Последней войны

На улице было холодно, и Шахрион подошел к ближайшему костру, чтобы погретья. Не успел он, однако, насладиться теплом, как пламя заморгало, огонь прибился к земле, повеяло могилой.

– Гартиан, - развернулся император, нос к носу сталкиваясь с личем.
– Не рановато ли?

Белые зубы нежити блеснули из-под капюшона.

– Тебе все равно не спится, император.

– И ты знал это, покидая свои покои?
– выгнул брови Шахрион.

– Да. У мертвых есть свои...преимущества.– Лич перетек вправо и сунул пожелтевшую кисть в огонь. Костер окончательно потух, оставив после себя лишь несколько тлеющих угольков.– Жизнь крайне ненажедная субстанция, верно, влаыдка?

– Ты сегодня настроен на философский лад?

– Что-то в этом духе,– мрачный голос верховного некроманта гулко бился о своды черепной коробки Шахриона, заставив того поморщиться - мертвец был очень доволен и не скрывал своей радости.

– Ты ведь не в шемтис поиграть пришел, - произнес император. В походе лич, любивший эту игру, пытался заменить за доской Тартионну, неизменно проигрывая, злясь, и стремясь взять реванш лишь для того, чтобы прийти к новому поражению.
– Выкладывай, что хотел.

– Вороны принесли послание с юга. Твой молодой кольценосец одержал первую победу. Пограничная крепость пала тихо и почти без борьбы.

– Иного я и не ожидал от моего лучшего командира.

– Иритион, стало быть, уже не лучший?

– И никогда им не был. Ему не хватает фантазии.

При этих словах лич недовольно заворчал - он принял слова императора на свой счет. Отчасти это объяснялось параноей, пожравшей мозги колдуна еще при жизни, отчасти же - объективной реальностью. Сильнейший некромант Империи, при всей своей мощи, был никудышным игроком в шемтис, лишь гордыня мешала ему признать очевидное и заставляла едва ли не на каждом привале бросать вызов Шахриону. Иритион тоже перестал выигрывать у императора, когда тому было шестнадцать лет, и лишь Китарион с Тартионной могли составить достойную компанию за игровой доской, что, кстати, тоже бесило лича сверх всякой меры.

– Какие-нибудь интересные подробности?

– Отсуствуют. Гарнизон был достаточно силен, но расслаблен. Нас пока что не ждут.

– Так и задумывалось. Я надеюсь занять все земли до Быстротечной, пока вепри не опомнятся. У Сангрилэнов пока что много владений и немало солдат.

– Которые пополнят нашу армию.

– Безусловно, если, конечно, поросята не спрятали в кустах полусотню магов. Тогда исход сражения видится мне не столь очевидным.
– Решил Шахрион подзадорить собеседника

– Я один стою сотни!
– мгновенно окрысился чародей.

– Стоишь, - легко согалсился император, в очередной раз поражаясь тщеславию лича. Впрочем, тот не кривил душой. Гартиан внушал ужас уже при жизни, и если бы хотел, мог с легкостью свергнуть предыдущего императора. Но в голове этого религиозного фанатика попросту не укладывалось, сама мысль о смещении с трона, или даже убийстве, человека, посаженного на него Матерью.
– Вот только если ты начнешь воевать серьезно, врагов придется отскребать с поля боя. Как тогда мы используем их тела?

Эти слова явно польстили личу, потому что голос, звучащий в голове императора, стал мягче.

– Ты умеешь льстить, владыка.

– Жизнь заставила.
– Он посерьезнел.
– Есть ли донесения от...группы?

Лич наклонил голову.

– Все почти готово, владыка. Завтра-послезавтра будет зажжен последий костер, и можно будет действовать.

Шахрион был доволен ответом.

– Хорошо. Тогдя я с твоего позволения все же попытаюсь немного поспать. Увидимся завтра, буди, если что-нибудь случится.