И вот – самый волнующий, долгожданный момент. Вечером 23 декабря 2010-го на сцене Дворца культуры «Полоцк-Стекловолокно» юные кадеты выстроились для того, чтобы принести клятву на верность Отечеству и кадетскому братству. В едином порыве поднялся зал, слушая простые и возвышенные слова клятвы. Ирина, не выдержав, смахнула слезинку с ресниц, да и Владимир неожиданно для себя ощутил, как защекотало в глазах, сдавило от волнения под ложечкой. Чтобы справиться с собой, покосился на старшего сына – Серега тоже часто моргал, волновался, не спуская глаз с брата.

– Клянемся! Клянемся! Клянемся!

Саша Шимкевич выдохнул эти слова вместе со своими новыми братьями (и сестрами – клятву принимали и восемь девочек-кадеток). И, чувствуя, как на лицо помимо воли выезжает самая широкая и самая счастливая в жизни улыбка, нашел глазами в огромном зале своих…

Вот папа. Самый красивый, самый умный, самый храбрый и самый лучший на свете человек. На парадном кителе – медали «За отличие в воинской службе», «За безупречную службу» 3-й и 2-й степеней, знак об окончании Военной академии Республики Беларусь и, конечно, «краб» – знак об окончании Минского Суворовского, а внутри, с изнанки кителя – заветный красный погон, почти такой же, какие сейчас на плечах у самого Сашки…

Мама. Самая красивая, самая ласковая и добрая на свете.

Плачет?.. Сашка прищурился. Видно со сцены было плохо, слепили прожектора, но ему показалось, что мама и смеется, и плачет одновременно.

Брат. Серега аплодировал громко, не стесняясь никого, да еще и кричал что-то – в общем радостном шуме не разобрать. «Саш-ка!.. Саш-ка!» – различил по губам Сашка. И суворовская форма на брате – почти такая же, как сейчас на нем самом…

Грянул гимн Республики Беларусь. Четко бросили ладони к козырькам фуражек офицеры-воспитатели, стоявшие по краям сцены. Отец с Сергеем тоже замерли, отдавая честь гимну. И Сашке казалось, что он плывет на волнах величественной, торжественной музыки, заполнившей собой весь зал, поднявшейся сейчас над заснеженным декабрьским Полоцком, над скованной льдом Двиной, над всей страной…

А уже потом, когда было много всего, отзвучали поздравления от Белорусского Суворовско-Нахимовского союза и других почетных гостей, и торжественное мероприятие закончилось, в фойе Дворца культуры, в толпе взволнованных кадет и наряженных бабушек, мам, теть, пап и старших братьев Сашка углядел наконец своих и кинулся к ним, чтобы точно, изящно, небрежно, по-офицерски бросить руку к козырьку новенькой фуражки и выпалить те самые святые, заветные слова, о которых он мечтал с тех пор, как впервые увидел фотографию молодого деда Володи:

– Честь имею!..

Как сладко впервые сказать эти слова!..

И как же замерло сердце Сашки, когда отец и старший брат в ответ подняли ладони к козырькам своих головных уборов. Честь имею!..

Над Минском сияло ослепительно синее небо. У монумента на площади Победы толпился народ. Легкий июльский ветер шевелил алые ленты на бесчисленных венках, которые стояли у подножия памятника. Замерли облаченные в парадную форму солдаты роты почетного караула с карабинами в руках.

Среди тех, кто пришел 3 июля к памятнику Победы, была и семья Шимкевичей. Возложив к монументу цветы, отец, мать и сыновья молча склонили головы. Каждый задумался о своем. И вместе – об одном и том же…

А перед ними трепетало, рвалось к небу пламя Вечного огня…

Минск, октябрь 2008 – февраль 2011