Конечно, это было еще не все, что я могла бы рассказать о скарабее — он был символом многих прекрасных вещей. Этот маленький жучок нес в себе энергию возрождения — и, как считали египтяне, символизировал энергию сердца. Пробужденная, она способна победить инерцию, преодолеть испытания и дать человеку возможность возродиться, пройдя через смерть. Но не читать сейчас лекцию и символике Древнего Египта — основное я сказала, а захочет, сам нагуглит подробности. Да, в общем, я была почти уверена, что, как-нибудь незаметно для меня, он раздобудет много интересной информации.

Послышался смущенный смешок.

— Да ладно тебе, — неловко улыбнулся Этьен, — я-то в магии всего без году неделя, не то, что ты. Сравнила тоже. Ну, вот зарядим — и буду с гордостью носить, как знак послушания — знаешь, это как в монастыре. Вот, кстати, хорошо, что он такой маленький — под одеждой незаметно будет.

— А послушники, между прочим, отнюдь не стеснялись своих одеяний, — пустила я шпильку, усаживаясь с чашками за стол, — так что нечего.

— Виви, я же не девушка, чтобы у всех на виду носить украшения. И потом — послушникам-то этим ничего не стоит всем рассказать, что это он носит, да почему, да к какому ордену принадлежит — еще и не остановишь. А если мы с тобой начнем всем рассказывать — ну, ты понимаешь, — Этьен картинно покрутил пальцем у виска.

— Да уж, точно. Не говоря уж, что это еще и опасно. Нас могут услышать не те люди — а вернее, вовсе даже и не люди. Ведь они уже нашли меня один раз. Это тебе не сгустки энергии — хотя и они прекрасно могут убить, — вздохнула я.

И это все при том, что я так и не поняла, как они вычислили меня. Я даже толком не знала, кто это — ясно только, что из «противоположного» лагеря. С ними не о чем было разговаривать, можно было только бороться — и уничтожать, появись такая возможность.

И еще одну загадку, не покидавшую моих мыслей, я надеялась разрешить уже сегодня, только бы добраться до офиса. Но после завтрака мы еще около часа провели, лениво растянувшись на диване и поддавшись полудреме после ночных бдений, и только потом засобирались на работу.

Ох, как сложно будет работать — уже сейчас, сидя в машине, я чувствовала, как все плывет в зыбкой дымке и покачивается. Будем надеяться, что мне все-таки удастся устроить себе короткий день — но до этого нужно было еще собраться с мыслями и подумать о нужных вопросах.

В офис я прибыла, скрыв лицо под темными очками. Заглянула к Алисе — и прямо ахнула, потому что она-то выглядела ничуть не лучше! Похоже, не у меня одной выдалась насыщенная на события ночь. Алиса сморщилась от того, что я так громко удивилась. Я извинилась одной мимикой и тут же состроила вопросительную рожицу, кивнув на свой кабинет. Не при Кортене же разговаривать.

Уже устроившись в своем рабочем кресле, я подумала, что все это, наверное, даже удачно для меня — не придется начинать разговор самой. Конечно, мне и вправду хотелось поговорить с Алисой, и было тревожно за нее — но ведь только вчера я убедилась, что некоторые вопросы просто необходимо ставить выше личных. И если для этого придется использовать разговор с подругой для получения максимума информации — так тому и быть. Если б Алиса знала, для чего мне это нужно, подумала я, она бы поняла меня, да и сама, наверное, поступила бы так же. Проблема как раз в том, что она никогда не узнает.

Алиса юркнула ко мне в закуток всего через два часа — мсье Кортен отлучился куда-то по делам, да еще и вместе с Венсаном, как не воспользоваться передышкой. Да, подумала я, ей тоже не позавидуешь — работать вместе со своим парнем хорошо только до тех пор, пока в отношениях тишь да гладь. А чуть что случается — оказываешься будто в заложниках, и тут то ли бросать любимую работу, где ты уже обжился и корни пустил, то ли терпеть каждодневное присутствие «его-самого». И ладно еще, если просто присутствие, а то ведь бывает и такое, когда ревнивые бывшие начинают следить за каждым шагом. Ну, будем надеяться, что у Алисы с Венсаном до этой стадии и не дойдет.

Алиса уселась на единственный свободный стул в кабинете, напротив меня. Я выглянула из-за монитора, напустив серьезный вид и решив было пошутить — но в следующий миг отказалась от этой мысли.

— Выкладывай, — коротко сказала я вместо этого.

Уговаривать ее не пришлось — вздохнув, Алиса тут же начала рассказывать:

— Ты ведь помнишь, что у нас с Венсаном… ну… не слишком все гладко сейчас. В общем, вчера я пришла с работы, а он где-то задержался, и телефон у него что-то не отвечал — короче, я занервничала. Приходит он часа через три после меня — ну и понятно, я его встречаю не слишком радостно. Сам виноват, я уже вся издергалась — где он, что с ним! А он тут же сел на своего любимого конька — говорит, ты меня не любишь, обманываешь, неизвестно где пропадаешь, как будто это не я его, а он меня только что ждал. Это он опять на свадьбу намекает, а мне уже и ответить нечего — что могла, я уже сказала, — Алиса тяжело вздохнула и, переведя дух, подытожила, — в общем, полночи мы с ним вчера проругались. Виви, я просто не знаю, что мне дальше делать. Ну как мне его убедить?

— А тебе этого серьезно хочется?

— Что за вопрос? Конечно! — обиделась Алиса.

Я не позволила себе пожать плечами — как мне казалось, вся эта ситуация не стоила того, чтоб за нее бороться. Но решать было не мне, да и — их глазами все равно не взглянешь. Надо было им помочь — да и для меня этот разговор открывал кое-какие возможности.

— Есть у меня одна мысль. Подождем до обеда, или?

— Ох, Вивиен, не могу я уже ждать! Кортена пока все равно нет, что я там буду сидеть. Работник из меня сегодня… Что такое ты придумала?