А любовь Айи подминала ее под себя, как каток. Впрочем, она могла ее вынести. Это всегда была приятная тяжесть. Она посмеивалась над его властными манерами, ревностью и стремлением во всех ситуациях доминировать над ней. Он будто постоянно утверждал свои права на нее, но при этом не забывал делать это так, чтобы ей было приятно. Он устраивал в честь нее званые вечера, дарил ей магазины, рестораны, зажигал для нее звезды в прямом смысле этого слова.

Ни одна женщина во всех Семи мирах не поняла ее, когда она ушла. Альбумена и сама не знала, что с ней произошло в момент знакомства с Люче. Они очень долго боролись со своими чувствами - и он, и она. Он менял любовниц, Альбумена уходила в работу и старалась все свободное время проводить с мужем. Она думала: это просто влюбленность, и со временем пройдет. Но все вышло иначе.

Внезапный звонок коммуникатора заставил ее вздрогнуть. На экране высветилось "Бьякка". Вот сюрприз.

С Яльсикаром она всегда поддерживала ровные уважительные отношения. Когда их отношения с Ксеаром только начинались, он подозревал ее во всех смертных грехах. Проверял ее контакты, следил за ней, пытался узнать о ней максимум в реале. Альбумена знала, что он так заботится о Айи, но это все равно страшно бесило, и дружба между ними с самого начала была исключена. Впрочем, и вражды никакой не возникло - тем более, что вскоре она вошла в седьмой, а Бьякка так и не нашел никакого компромата.

После ее возвращения они почти не разговаривали. Должно быть, все, что нужно, он узнал от Айи. Пару раз она пересекалась с ним в седьмом, они приветствовали друг друга и перебрасывались несколькими фразами на светские темы. Она знала, что он чувствует вину перед ней за то, что недорасследовал дело об убийстве Грея в свое время. Но Альбумена не винила его. Какое могло быть в семи мирах расследование убийства, произошедшего в восьмом? Да еще после ее признания?

– Да, Яльсикар, - ровным голосом ответила она.

– Можно к тебе забежать?
– без приветствия спросил он. Как это было похоже на Бьякку. Ни "привет", ни "как дела". И ведь не от грубости, а от искреннего непонимания - чего зря время тратить?

– Валяй, - Альбумена отключила коммуникатор и пошла открывать дверь. В том, что Яльсикар знал, где она живет, не было ни малейших сомнений.

Он прилетел через пять минут со стороны западной площадки. Огромный, мрачный... необычно мрачный. Что-то случилось? Альбумена достаточно хорошо его знала, чтобы ясно увидеть: Яльсикар чем-то сильно расстроен и даже обеспокоен.

Он приземлился рядом, и она молча прошла в дом.

– Красиво, - сказал он, осмотревшись в гостиной. Альбумена криво усмехнулась. Большего от Яльсикара ждать не приходилось. Все-таки он ее недолюбливал. За то, что она ушла от Ксеара? Он тоже ее осуждал? Впрочем, понять что-то в его чувствах было невозможно. Его лицо в беседах с ней всегда выражало минимум эмоций, как будто она была его тактическим врагом.

– Присядешь? Налить тебе чего-нибудь?

– Присяду, - согласился Яльсикар. Альбумена тоже села, непонимающе глядя на него. Чего он тянет?

Бьякка как будто раздумывал, как говорить с ней. Это выглядело очень странным, потому что, насколько Альбумене было известно, он никогда не испытывал трудностей с изложением своих мыслей.

– Бьякка?
– она подняла бровь, когда пауза затянулась.

Он словно ждал, когда она поощрит его, чтобы начать разговор:

– Мне нужна твоя помощь, Альбумена, - быстро сказал Яльсикар, поднимая на нее глаза. Он выглядел смертельно уставшим и даже беспомощным. Она даже в первую минуту не поняла, что он говорит.

– Тебе? Моя помощь?
– изумилась женщина, и даже подалась ему навстречу, так ей стало любопытно.

– Да.

Яльсикар начал говорить, не спуская с ее лица своих пронзительных серых глаз. Он коротко рассказал о том, что в городе спящих был обнаружен след педофила, что пока поймать его не удается и если бы она, Альбумена, согласилась выступить в роли приманки, возможно, их работа завершилась бы успехом.

– Почему именно я?
– спросила она, когда он замолчал.

– Потому что только за тебя я был бы спокоен, если он тебя уведет куда-нибудь.

– А Зарайа?

– Зарайа только учится менять внешность и окружающую реальность. Она тридцать лет не делала никаких серьезных изменений, боясь, что ее обнаружат. Она использовала свои способности очень ограниченно. Убрать крылья, создать чашку чая... не более того. Я не уверен, что она успеет вырубить его, когда будет надо, что не впадет в панику...

– Я поняла, - прервала его Альбумена.
– Конечно, я помогу.

– Спасибо. Ты сейчас свободна? Можно тебя перенести в мой кабинет?