Шрифт:
— Распаковать и поставить на полку рядом с ангелами.
Мона пошла обратно к кассе. Шпоры на ее ковбойских сапогах позвякивали.
Сжав зубы, Ванесса отнесла коробку туда, куда указала Мона, поставила на пол и стала разрывать коричневый скотч.
Внутри лежало множество восьмигранных зеркал в вычурных бронзовых оправах. Стекло в зеркале было либо выпуклым, либо вогнутым.
Расставляя зеркала на полке, Ванесса бросила взгляд на ангелов. Фарфоровый ангел с арфой, тот, над которым она и Линнея смеялись год назад, стоял на прежнем месте.
Правда, он такой страшненький, что почти красивый?
Ванесса улыбнулась воспоминаниям.
Когда последний покупатель вышел из магазина, Мона облегченно вздохнула.
— Больше не могу, — сказала она, зажигая сигарету. — Срочно нужно отдохнуть, иначе могу сорваться.
— Вы вроде только что отдыхали чуть не сто лет, — сказала Ванесса, выставляя на полку еще три зеркала.
— Отдыхала? — фыркнула Мона, возвращаясь к кассе. — Отдыхать я, наверно, буду только на Луне. Узнав, что Совет собирается прислать своих людей в Энгельсфорс, я вкалывала как зверь, чтобы усилить магию в этой зоне. Причем учти: перетаскивать с места на место магические вещества в такую жару очень непросто.
Мона выдула большой клуб дыма и пробормотала какое-то ругательство.
— Как вы узнали, что в город приедут посланцы Совета? — спросила Ванесса.
— Полегче на поворотах, девочка. Я не хочу лишних проблем, — только и ответила Мона.
— Тогда хотя бы объясните, что за фигню я сейчас раскладываю по полкам?
— Это зеркала фэн-шуй. Одни из них усиливают позитивную энергию, другие превращают негативную энергию в позитивную. Честно говоря, не помню, какие для чего, главное, что люди верят в их силу.
Тут только Ванесса заметила: на многих товарах в магазине написано слово «позитивный» — на корешках книг, на кружках, на магнитах. В углу громоздилась целая гора ароматических желтых свечей, кристаллов и шариков для ванны.
«Что ни говори, а Мона умеет из всего извлечь выгоду», — подумала Ванесса.
— Кажется, у вас появился новый контингент покупателей, — сказала она Моне.
— И очень активных, — довольно пробурчала Мона.
— Что вы думаете про «Позитивный Энгельсфорс»?
— То, что клиентов много не бывает, — ответила Мона, бросая на Ванессу предостерегающий взгляд.
Она ясно давала понять Ванессе, что не намерена сплетничать о своих клиентах. И ей совершенно все равно, что они за люди, лишь бы платили деньги.
— Но все-таки, как вы думаете, чем они занимаются? — настаивала Ванесса.
— Думаю, они ищут, как облегчить себе жизнь. Идут к цели кратчайшим путем и в этом мало чем отличаются от других людей.
Ванесса выставила на полку последнее зеркало и отнесла пустую коробку к кассе.
— Ну вот, я вам помогла, — сказала она. — Теперь ваша очередь.
— Разве так разговаривают с начальством?
— Что?
Мона закудахтала и выдула облако дыма в лицо Ванессе:
— Понимаешь, солнышко, с тех пор как люди Совета прибыли в город, поставщики боятся продавать мне эктоплазму. На моем складе ее осталось совсем мало. У тебя не хватит денег, чтобы купить то, что ты хочешь. Но если ты будешь у меня работать, то, пожалуй, мы сможем договориться так, как выгодно и тебе, и мне.
— То есть вы хотите, чтобы я работала на вас бесплатно?
— Не совсем. Ты будешь получать в качестве вознаграждения магические материалы.
Ванесса поправила на плече ремень от сумки. Она хотела устроиться на работу. Мама пока ничего не говорила, но после того, как Никке съехал от них, с деньгами в семье стало туго.
— Я вам нужна не меньше, чем вы нам, — сказала Ванесса, облокачиваясь на прилавок. — И я тоже рискую, идя на контакты с вами, сейчас, когда в городе находятся люди Совета.
Мона вытаращила на нее глаза.
— Чего ты хочешь? — спросила она.
— Если я буду у вас работать, вы станете мне платить зарплату. И снабжать необходимой мне информацией. Мне надоело спрашивать и не получать ответа.
Мона долго недоверчиво смотрела на нее, потом разразилась квохчущим смехом. Именно такими Ванесса представляла ведьм, до того, как узнала, что сама была ведьмой.
— Ладно, — сказала Мона. — Договорились. Детали обсудим позже. Только на большую зарплату не рассчитывай. Я деньги не печатаю.