Нуланд даже взяла Паруубия под руку, он так обрадовался и разволновался одновременно, что пустил струю в штаны и сжался, как лягушка от укола иголки.

— Сюда налево, а нет, направо, кажись направо, а потом снова налево, — сказал Паруубий дрожащим голосом.

Но, ни одной палатки нигде не оказалось.

— Москали ушли. Их нет нигде, струсили, значит.

— Это есть очень корошо. Моя доложить на посол, посол доложит на Вашингтон, Вошингтон доложить на Бардак Омама! — сказала Нуланд и вытащила маленький ящик, похожий на спичечный коробок.

Она долго говорила с послом Пейеттом и дала ему команду сделать Кролика главой государства, поскольку президент Янукович в течение двух недель должен быть свергнут.

Этот ее разговор с Пейеттом тоже был записан не только в виде голоса, но и видео: работал все тот же знаменитый Сноуден.

— Это есть очен корошо, что президент оказался скуп и что его последователи трусливо бежали. А как на Верховный рада?

— Пока один депутат бежал от партии президента.

— Как фамилий тот депутат?

— Богословская Инна, еврейка.

— Корошо. Женшин, вумен, есть мужественный личность. Как твоя думать, как мужчин- Виктория еще теснее прижалась к Паруубию и почувствовала, что от него пахнет мочой.

— Не всегда, великая госпожа Нулда. Например, я как мужчина уже второй месяц как не мылся, мочевой пузырь простудил, ночью в нужник не успеваю и все ради народной революции имени Степана Бандеры. Деньги, которые вы мне дали все израсходовал на медикаменты раненых бойцов, на горючее для коктейлей Молотова- Риббентропа. На…на…на все необходимое, даже на иголки и нитки штаны зашивать.

Нуланд отодвинулась от описавшегося кавалера, фыркнула и сказала:

— Надо отчет, бухгалтерий отчет. Отчет сдать на Пейт наш посол на Киеф.

— Да я, да я, я не вел бюсгатерию, а просто заносил на бунажки, какую сумму куда расходовал, а бунажки…потерялись.

У Виктории подкосились ноги, она почувствовала себя виноватой, ведь она не давала подробной инструкции, куда и как расходовать 27 миллионов долларов.

— Эй, Петро (вырвалось славянское слово), спиши 27 миллион доллар на украинская револушэн. Я это списание отвезу в департамент США. Эти бюрократы требуют отчетности. Дело в том, что комендант майдана не записывал, куда и сколько расходовал деньги. Что с ним мне делать- Уволить- Но пока комендант Майдана нужен революции, Пейетт. Делай отчет, я тебе сказаль.

Ти, Парабоя, топай на Майдан, а я пошел на президент.

Паруубий козырнул и пошлепал в гостиницу, занятую бандеровцами на четвертый этаж к своим сейфам, где хранились восемнадцать миллионов долларов из тех 27, что подарила ему Нуланд в прошлый приезд.

Ему удалась эта финансовая афера еще и потому, что богатый человек Пердуске всякий раз отстегивал по пятьсот тысяч долларов на революцию и не требовал никакой отчетности. Кроме того приходили деньги и из других стран Евросоюза. Такие страны, как Германия, Франция посылали по миллиону, по два долларов только ради хвастовства друг перед другом, и на тот случай, если дядя сэм, вдруг спросит: а чем вы помогли украинской революции, сколько миллионов долларов перечислили на нужды мужественных бойцов и наемников- Ведь там же находится и наш друг, бывший президент Грузии Сукаашвили.

«Я построю себе точно такую же дачу, как отстроил Виктор Федорович. А чем я хуже- А ничем. Рази он умнее, рази он хитрее меня- Только я буду строить не вверх, в несколько этажей, а вниз. Получится бункер. А бункер, никто не заметит бункер, по нему хоть танк может проехать. В этом и будет особенность моей крепости. Кроме того, я установлю в одном из помещений два пулемета. Допустим, произошла новая революция, меня смели, лишили поста, потом стали спрашивать, а где живет такой-сякой генерал-плутковник. А бабуль, что собирала грибы в лесу, скажет: я видела — дымок из трубы валил, но крыши не видела, боялась подходить ближе, а вдруг собака из-под земли выскочит и за подол ухватится, а я все грибы потеряю. Тут КГБ из Кремля на поиски бросятся и обнаружат мою крепость, и начнут откапывать, тады я их из пулемета трах-бах, и нет ни одной злой души».

В это время вломился Пипиярош вместе с Музычко.

— Горим, — сказали оба одновременно. — Наши ребята из дивизии «Галичина» по ошибке бросили в разбитое окно этого здания несколько коктейлей Молотова-Риббентропа и оно по-новой загорелось. Мы его уже один раз жгли. Бывает же такое.

— Да черт с ним, пущай горит. Нам надо поджечь еще хоть пять зданий. Вы мне только скажите: в этом сейфе сгорят бунажки или нет- Дело в том, что там все планы наших сражений, присланные из Америки. И сейф тоже.

— Американские сейфы не горят, и в них ничего не горит. Даже мы, если ты нас туда запихнешь, не пострадаем во время пожара. Хошь, попробуем?

— О, нет, нам надо эвакуироваться. Вон в том углу валяются знамена, с которыми мы идем в бой. Заберите их и спускайтесь вниз, и я следом за вами. За дело Степана Бандеры, ура!

Внизу шел бой между представителями властных структур, размахивающих короткими дубинками и бойцами Степана Бандеры с битами в руках. У них было явное преимущество. Среди тех, кто размахивал битами, попадались и те, кто размахивал заточенной арматурой, а она проникала через униформу, потом свободно сквозь ребра и доставала до сердца.