– Как скажешь, здесь хозяйка ты.

Девушка ухмыльнулась, повернула в коляску сторону кухни и поехала.

– Вау, как вкусно пахнет, а это что?

– Скоро узнаешь, – ответила девушка.

Кирилл на протяжении всего ужина расхваливал мясо по-французски. От этого Акиль зардела в смущении, её переполняли эмоции удовлетворения.

– Спасибо, Кир! Мне очень приятно!

– Это естественно, это самый лучший ужин, который мне посчастливилось отведать! – сказал парень.

– Да ладно уж, просто ты меня однажды накормил, приготовил для меня много всяких вкусностей, я чувствовала, что в долгу у тебя. Так что считай, что мы в расчёте!

– Нет!

– В смысле – нет?

– В том смысле, что после этого ужина – я остаюсь у тебя в долгу!

– Да ладно тебе, не говори глупостей. Ничего ты мне не должен!

– Нет-нет-нет, это даже не обсуждается! – возразил Кирилл.

Девушка ничего не ответила.

Отужинав, ребята вместе прибрались на кухне и начали собираться на прогулку.

– Хм, даже не верится, обычно, когда я готовлю мясо и картофель, в нашей семье не остаётся ничего, а сейчас ещё и на завтра имеется.

– Ну, конечно не остаётся! Просто тогда было вас трое, сейчас остались только я и ты. Не переживай, всё съестся.

– Ладно, подожди меня, Кир. Я вернусь через десять минут.

– Хорошо, да не торопись ты! Успеем нагуляться! – сказал Кирилл.

– Не против пофотографироваться сегодня? Я с собой цифровик свой возьму, он как раз заряжен.

– С удовольствием!

Обычно все ледяные фигурки и конструкцию искусственной ёлки заканчивают в двадцатых числах декабря. Но середина ноября выдалась такой снежной, что большая часть работы была завершена до начала первого месяца зимы; зелёная ель была заснежена, словно слоеный пирог сахарной пудрой.

Ребята спустились до площади, где дети со своими родителями играли в снежки.

– Смотри Кирилл, они такие счастливые.

Парень подвёз Акиль к одной из стоящих за спиной монумента В.И. Ленина скамеек и, усевшись как можно удобнее, ответил:

– Это точно! А посмотри, сколько успели сделать рабочие за такой короткий период.

– Действительно. Обычно эти работы сдаются в двадцатых числах декабря, а сейчас только тридцатое ноября.

– Ничего, им ещё потеть минимум недели две-три, так что как раз в двадцатых они и завершат полностью свою работу. Подготовят к сдаче.

– Будем надеяться на удачный и весёлый Новый Год.

– А в каких числах должны приехать твои родители?

– Ну, по-моему, они уезжали двадцатого числа. Скорее всего, двадцатого и приедут, но точно не знаю… – задумалась Акиль. – А почему ты спрашиваешь, что уже готов сбежать от меня?

– Не-е-ет, не думай так, просто интересно, вот и всё!

– Точно?

– Естественно, я бы никогда не убежал от такой девчонки.

– Интересно, какой это – такой девчонки?

– Ну… не знаю…

– А ну говори, Кир. Не поняла: какой – такой девчонки? – Акиль дотянулась до первого попавшегося ей в рукавицу сугроба, набрала полную ладонь мягкого снега, слепила из него приличного размера ледяной шарик и бросила в Кирилла.

– Сама нарвалась, подруга! – ухмыльнулся он.

– Хо-хо-хо, как страшно!

– Не ёрничай!

Кирилл резво поднялся на ноги, одновременно защищаясь от бомбардировки холодных шариков. Он отбежал на более безопасное расстояние и тоже потянулся за снегом. Его грудь, ноги, лицо и остальные части тела были атакованы. Парень решил целиться девушке в руки иногда в туловище; ноги и лицо решил не трогать, это было не самой хорошей идеей. Большее количество снежков было брошено мимо, конечно умышленно, но проделано это было так хитро, что девушка и не догадалась, что парень поддался ей.

– Хватит! Хватит! – повторял парень, – хорошо, хорошо ты победила.

– Сдаёшься?

Девушка сбавила обороты, прекратила штурм.

– Ага, сейчас! Я? Сдаюсь? Да никогда!

Кирилл поймал за хвост удачный момент и воспользовался шансом, он пустил в сторону «врага» один или три шарика, после чего девушка вынуждена была отступить.

– Ладно, ладно, кончаем игру! Руки замёрзли уже.

Рукавицы Акиль промокли насквозь. Она сняла их и разложила по разным карманам своей куртки, оставив там же и ладони, чтобы хоть немного согреться.