Вот в таком виде не стыдно было показаться даже перед мамой. В действительности, совсем не ее собиралась расспрашивать девочка. Люс неплохо разбирался в звериных следах, но наверняка еще спал. Единственный обитатель поместья, подходивший по всем показателям, – Патрик. Садовник чуть свет уже на ногах и по части разного рода странностей мастер.

Повозившись немного с застежками, Эмили покинула свою комнату и спустилась в холл. Проникавшие сквозь высокие окна, расположившиеся по обе стороны центрального входа, лучи заливали лестницу, перила, фонтан и стены золотом. Девочка подтолкнула массивные створки плечом, те послушно распахнулись. Она точно знала, что Гренни и Альхен давно в доме: кому-то же нужно командовать утренней уборкой и прочими важными вещами. Это только если не присматриваться, кажется, что все происходит само собой.

По-летнему погожее утро наполняло сердце беспричинной радостью. Ноги быстро несли Эмилию по дорожке прямо к коттеджу, за которым и находилась каморка Падди. Но сарай пустовал... Значит, оставалось последнее и наиболее вероятное место – сад. И в самом деле... где еще находиться садовнику?

Не был бы час столь ранним, девочка обязательно позвала бы Патрика, крикнув во весь голос. Ситуация же требовала осторожности. Эмили решила просто обойти дом вокруг. Падди непременно заметит ее и отыщется. Хороший со всех сторон план не мог сработать плохо.

Яблоневый сад утром – просто сказка! Спелые плоды будто поворачивали к солнышку румяные бока, чтоб получить еще немного его тепла, прежде чем отправиться к Альхен на джем или сидр. Ухоженные дорожки и кустики, изящные клумбы – бесспорно, Падди знал свое дело.

Сад, как и садовник, казались девочке волшебными. Эмили никогда не видела Патрика с секатором, пилой или топором в руках, но каждый листик или веточка точно чувствовали положенное им место!

Миновав колодец, девочка углядела рыжую макушку и спину в старом папином жилете, маячившую между стволов. Мужчина явно с головой ушел в работу, так что она сумела незаметно подкрасться.

– Поймала тебя, – выскочив из-за дерева, достаточно громко хихикнула Эмилия.

Падди так и подпрыгнул от неожиданности, что при его комплекции трудно было представить... Развернувшись на каблуках, несчастный бешено вращал глазами и держался за сердце. Девочке сделалось совестно (как говорится, лучше поздно, чем никогда).

– Проснулись так рано, чтоб загнать меня в могилу, маленькая леди? – Мужчина криво усмехнулся. – Пожил, мол, славный Падди – и будет? Нехорошо...

– А что это ты прячешь? – Она заметила крепкую веревку, перекинутую через ветку.

– Хотел порадовать... – Садовник поднял из травы выкрашенную голубой краской дощечку. – Качели сладить, пока все спят... Ан нет. Не вышло.

– Качели? Для меня? – Эмили захлопала в ладоши.

– Для вас, для кого ж еще? Не для маменьки же вашей. – Патрик рассеянно улыбнулся. – Подсобите-ка... Не дотумкаю, на какую высоту вешать, чтоб и садиться удобно, и ножки ваши не цеплялись.

Налаживать качели оказалось ничуть не скучнее, чем на них кататься. Работа спорилась. Дерево будто само склоняло ветки к садовнику, чтоб тому было сподручнее. Девочка моргнула, избавляясь от странного наваждения.

– Спробуйте, – предложил Падди, придерживая голубую дощечку рукой.

– С удовольствием. – Эмили, подхватив подол, отвесила потешный поклон.

Устроившись поудобнее, она оттолкнулась ногой... Тотчас же градом на голову посыпались яблоки! Звонкие удары и шелест листвы перемешались с высоким смехом девочки и густым басом садовника. Жаль, Никодемаса и Би не было сейчас рядом...

– Я к тебе по делу, – насилу перестав смеяться, сообщила Эмилия.

– Слушаю. – Падди сел на землю.

– Взгляни, – она протянула заветный листок. – Чья это лапка?

– Мышь?.. – Мужчина долго щурился, поднеся бумажку к самому своему носу, прежде чем дал ответ.

Хоть в голосе Патрика и не было уверенности, девочка страшно расстроилась. О мышах она как-то и не подумала. Угодливое воображение с большим удовольствием истолковало нечеткий след как отпечаток ножки кого-то человекоподобного, только очень маленького. Какая же Эмили все же фантазерка!

Так или иначе, но Падди прояснил ситуацию. К глубочайшему сожалению девочки, садовник не мог сидеть рядом с ней все утро. А стоило ему скрыться из виду, как Эмилию начали терзать смутные сомнения...

Мыши... В поместье не было мышей! Как-то раз она слышала, как Альхен заверяла в этом маму. И уж если мадам Александра категорически заявила, что грызунов в доме нет, то след точно не мышиный.

Тогда чей? Возможно, стоило спросить у самой Альхен? Но девочке казалось, что та перестала ее любить, если так вообще можно было выразиться. Мадам Александра чаще обычного напоминала каменное изваяние – мраморная парочка на фонтане выглядела живее. Кухарка игнорировала вопросы, тогда как раньше отвечала на все, что бы Эмили ни спрашивала. И еще множество всяких мелочей, из которых и складывалось то, что называется отношениями.