– Огурцы не раздавите, – предостерег нерадивых грузчиков юный арнаутец. – Первый урожай все-таки. Только что с грядки.

– На охоту пойдешь? – спросил Шнобель, отводя Вучко в сторону. – На тираннозавров.

– Какой разговор. С радостью.

– А на тех, что покруче? – прищурился на собеседника Соломон.

– Не понял, – честно признался Вучко.

– Есть шанс для тебя вернуться домой. Понимаешь? Но для этого нужно очень постараться.

– А как же остальные?

– Для этой работы не все годятся, – вздохнул Шнобель. – Почему – догадайся сам.

– Буров с амазонками договорился, – растерянно развел руками Вучко. – Обещали прийти.

– Вот чудак-человек, – коротко хохотнул Соломон. – Я тебя зову туда, где бабы ходят стадами и сами ищут человека, который их приголубит. У тебя будут новые документы, деньги и счастливая жизнь на одной из планет Федерации.

– А Барсука можно с собой взять? Все-таки друг.

– Бери, – поморщился Шнобель, – но о базе ему ни слова.

– Почему?

– Потому что трепло твой Барсук, – рассердился Соломон. – Обязательно проболтается кому-нибудь. Дойдет до Бурова – конец нашей охоте. Со своими еще, чего доброго, придеться драться, чтобы отсюда выбраться.

– Не хотелось бы, – покачал головой Вучко.

– Вот и помалкивай. Идем на охоту и весь сказ.

– На кого же я Цыпу с Цапой оставлю?

– Ты меня доконаешь, животновод, – рассердился Шнобель. – Нашел о ком страдать. Рябому их передай. Небось, только рад будет.

Буров поначалу отнесся к затее Снайпера неодобрительно. Однако Базиля неожиданно поддержали Кузнец и Агроном. Первому нужны были новые мехи для кузницы, а второму – палатки для полеводов, работающих порой в самое пекло.

– Людям даже спрятаться от палящего солнца негде, – сетовал Божевич. – Да и пара-тройка лишних пирог нам не помешает. Приходится гонять Цапу и с Цыпой взад вперед. А им скоро в пахоту впрягаться.

– Ты что, собираешься расширять посевы? – притворно ужаснулся Шнобель.

– Естественно, – пожал плечами Божевич. – Нам нужно полотно на белье и одежду, а выменять его можно только у амазонок. Они как-то наловчились выращивать лен. Видимо, у них почва более влажная и светило из-за гор не так печет. Здесь можно два-три урожая зерновых в год получать, Соломон. Глупо было бы такой случай упускать.

– Глупо, – согласился Снайпер. – Мы тебе поищем покупателей в округе. Заодно посмотрим, чем люди вокруг дышат и как живут.

– Ну, что же, – махнул рукой Феликс, – раз большинство за, то отправляетесь. Ни пуха вам, ни пера.

Хижины Кабана, стоявшие в центре долины, заменили добротные срубы из кипариса. Тащить сюда секвойи через ручей, Буров посчитал излишним и оказался прав. Для полеводов, а их здесь обитало более пятидесяти человек, построили три просторных дома, каждый из которых без труда мог вместить до двадцати человек. Щербак со своими охотниками за эпиорнисами тоже неплохо устроился на западном краю долины. Кроме башни, там построили еще два дома, тоже довольно крепких, способных в случае нужды выдержать осаду. Баню устроили в пещере с горячим источником. Шнобель, утверждавший, что вода в том источнике целебная, предложил Снайперу помыться напоследок.

– Ты же на охоту собрался, – напомнил ему Кузнец.

– И что с того? – удивился Шнобель.

– Так ведь перед охотой не моются – примета такая.

– Мама дорогая, – всплеснул руками Соломон. – Надо же так облажаться. Спасибо, что предупредил, Станислав.

Фермер, который кроме прочих многочисленных обязанностей числился еще и адмиралом местного флота, милостиво согласился переправить охотников на противоположный берег. Благо все три пироги сейчас стояли у пристани. К слову, способной принять солидный корабль, если не океанский, то, во всяком случае, речной. По прикидкам Шнобеля, которыми он тут же поделился с Ривьерой, такой пристани требовались, по меньшей мере, десять пирог.

– Пусть будет десять, – согласился покладистый Фермер. – Голову только не потеряй.

Отряд Снайпера уже разместился в пирогах, а Вучко с Барсуком все еще продолжали что-то втолковывать Рябому. Речь, конечно же, шла о Цыпе и Цапе, которых юнцы передавали в заботливые руки старшего товарища.

– Кончай базар, зоотехники, – крикнул нетерпеливый Шнобель. – Нас тираннозавры уже заждались.

– Ну, с Богом, – сказал Фермер, перекрестившись. – Чтобы вам всем живыми вернуться домой.

– Вот это правильно, – кивнул Соломон. – Именно живыми. И именно домой. Молись за нас, Ривьера, чистая твоя душа.

Снайпер собирался отправиться к базе знакомой дорогой, которую кроме него помнили Вучко и Мансур. Шнобель сразу заявил, что на него надежда плохая. К болоту он своих товарищей вывести сможет, а вот дальше его память дает сбой. Лавальер возлагал надежды на Мансура. Торговец, выросший на природе, умел ориентироваться не только в горах, но и в лесу.

– Я знаю другой путь, – тихо сказал Свищ Лавальеру. – Он гораздо удобнее и короче. Мы прошли его с Кабаном. К вечеру будем уже у базы.