— Значит, ты дотянешь до ста лет, — заорал Слоун.

— Но вы-то не доживете, чтобы это проверить!

В толпе засмеялись. Слоун злобно усмехнулся. Кем, собственно, воображает себя этот типчик?

А типчик говорил:

— Из хаоса войны возник хаос мира. А почему? Да потому, что машины, производившие прежде средства уничтожения, теперь превращают людей в придаток к конвейеру. А для чего все это делается? Для повышения заработной платы, для увеличения покупательной способности, чтобы вы приобретали больше производимых товаров? На этот вопрос мне отвечать не нужно. Каждый божий день вы слушаете, как на него отвечают: чтобы воспрепятствовать инфляционной тенденции. А в ком воплощается эта инфляционная тенденция? В вас! Производите! Все быстрее и быстрее! Накапливайте излишки, которые не будут возвращены вам в виде заработной платы, — так кто же их купит, когда склады будут переполнены?

— Я! — рявкнул Слоун. — Я миллионер!

— Миллионер! — палец оратора указал прямо на него. — Поглядите-ка на того, кто миллионер по субботним вечерам.

Пегги потянула Слоуна за рукав:

— Ну пойдем, Арти. Мне надоело это слушать.

Слоун презрительно бросил в сторону трибуны:

— Убирайся в свою Россию! — и взял Пегги под руку. Они неторопливо пошли через «Домейн» по направлению к картинной галерее.

— Почему такие люди всегда недовольны? — спросила Пегги. — Почему они все время произносят речи?

— А просто завидуют тем, кто получше, — небрежно процедил Арти. — Не хватает умишка хорошо устроиться, вот и начинают ругать все подряд.

— Я рада, что ты не такой, Арти!

Он обнял ее за талию так, что его рука прикоснулась снизу к ее груди.

— Ты же меня знаешь, крошка. Счастливчик Арт Слоун, к вашим услугам.

— Будем знакомы, Счастливчик, — кокетливо сказала Пегги.

Он принялся негромко напевать, и они пошли, чуть-чуть раскачиваясь в едином ритме — оба были хорошие танцоры.

— Но ты еще не сказал мне, Арти, куда мы идем. Так куда же?

— На свидание, — сказал он доверительно. — Наше с тобой. Чай на двоих и полутемный уголок в одном известном мне местечке. В отличном местечке: его рекомендует сам Арт Слоун, и значит, оно первый класс.

— Для нас хорошо только самое лучшее, правда, Арти? — спросила Пегги, подыгрывая ему.

— Ты быстро схватываешь суть, крошка! — Он вдруг повернулся к ней, прищелкнув пальцами. — Совсем забыл сказать тебе, Пегги: Дэйв Фримен устраивает в «Палэ» самый большой безостановочный марафон во всем Сиднее. Сперва он проведет отборочные соревнования. Чтобы попасть в финал, надо доказать, что ты способен выдержать не меньше пяти часов подряд. А не выступить ли в финале Слоуну и Бенсон и не отхватить ли сотню?

— Сотню, Арти?

— Как сказано, и никаких скидок за выплату наличными. Разве я не говорил, что мы будем партнерами в танцстудии «Идеал»?

— Ой, Арти! По-твоему, мы можем победить?

— Никаких «можем», крошка! И нам предложат фотографироваться для рекламы — ну, ты знаешь: «Мистер Арт Слоун и мисс Пегги Бенсон, победители безостановочного танцевального марафона в «Палэ», носят бальные туфли Гилберта, курят сигареты «Кэпстен» и так далее и тому подобное. А за это тоже платят не меньше десятки за штуку, так что выиграем мы не сотню, а побольше. Участники платят по десять шиллингов с головы.

— И неизвестно, что из этого дальше может получиться…

— Снова в точку! Займешь первое место в таком марафоне, и уже есть с чего начать.

— А хорошо было бы начать вместе, правда, Арти?

— Так оно и будет. Тебе нравится вот тот многоэтажный дом на холме?

— Очень! Мне вообще нравятся дома на Кингс-Кросс.

— Мы снимем квартиру на верхнем этаже! — Слоун воодушевился, его глаза блестели. — Откуда все видно. Чтобы по ночам внизу горели огни всего города. Вот что мне по вкусу!

— И мебель у нас будет хорошая и все остальное тоже!

Пегги теснее прижалась к нему. Если бы она не пришла на танцы, когда он ее пригласил, ничего этого не было бы! И она все еще ходила бы гулять с Элис, которая без конца твердила, что ее ни один мужчина не проведет, нет уж, — пусть только он появится!

— Все будет хорошо, правда, Арти? — сказала она вслух.

Хорошо! Ну конечно же! Он сказал:

— Экстра-класс! Вот как это будет. Мы знаем, чего хотим, крошка. Не то что этот типчик в парке. Вот уж он доводит свою жену, если только он женат!

Пегги тихонько засмеялась.

— Ты ведь не будешь меня доводить, Арти?

Его рука под ее локтем украдкой скользнула выше.

— Ты же меня знаешь, Пегги. Я из тех, кому можно доверять.

— И ты мне тоже можешь доверять, Арти. А я всегда думаю то, что говорю.

— Ну, а я хочу говорить то, что я думаю, всегда, не заботясь, кто там еще что говорит. Если человек может всегда прямо говорить все, что думает, значит, он на коне.