Но она сразу же отбросила эти мысли: «Ты ведь шпионка, которую поймали, и этот человек безжалостно передаст тебя в руки палачей», — внушала «Кошка» себе.

— Вы ничего не услышите от меня, — произнесла она громко, — ни звука, ни предсмертного слова. Вы довольны?

— Конечно же нет, — возражает Блайхер, не теряя спокойствия.

Оглядев голые стены комнаты, он некоторое время смотрит на изящную женщину, сидящую перед ним, и поднимается со своего места.

— А вы, пожалуй, правы, если ничего не скажете, — проговорил он. — Это, действительно, неподходящее место для откровенного разговора. — Передернув плечом, продолжил: — Бррр... здесь холодно и неуютно.

Блайхер делает небольшую паузу. Потом кладет свою большую красивую руку на плечо женщины.

— Вставайте, мадам, пойдемте вместе поужинаем. Уже время наполнить чем-нибудь подходящим наши желудки... Думаю, что жареная дичь и бутылка красного вина будут как раз то, что нам сейчас требуется.

«Кошка» не понимает, насмешка ли это или же сказано всерьез.

— Вы что же, издеваетесь?! — говорит она сердито.

— Ни в коем случае...

— Что за глупая идея, — продолжает она. — Как вы себе представляете: арестованная шпионка вдруг едет куда-то ужинать? Оставьте дурацкие шутки, они не для меня...

— Почему шутки? — Блайхер улыбается по-мальчишески. — Кто, по-вашему, здесь приказывает? Буду рад, если вы примете мое приглашение. Предлагаю пойти в ресторан «Серебряный путь»... согласны? Но при одном условии: вы должны дать честное слово, что не попытаетесь бежать, мне было бы очень неприятно, если бы я был вынужден стрелять в вас...

«Кошка» не была бы «Кошкой», если такое необычное предложение не вызвало бы у нее любопытства. На какое-то мгновение она забывает о своей роли патриотки, шпионки и мученицы ради Отечества, роли, которую она часто представляла себе. В этот момент она чувствует себя просто женщиной, которая может на несколько часов покинуть ненавистную тюрьму и провести их в роскоши одного из лучших ресторанов города...

— Даю вам честное слово, месье, — говорит она, но тут же вскрикивает испуганно: — Боже мой, но в этом платье я не могу пойти в «Серебряный путь»!

Блайхер слегка задумывается. Он видит, что «Кошка» права. Платье ее порвано, измято, да и вообще такой гардероб не подходит для фешенебельного заведения.

— Ну это-то мы можем легко исправить, — успокаивает он. — Положитесь на меня.

— Караул, построиться! —кричит через несколько минут дежурный унтер-офицер.

Его команды громким эхом отражаются от стен.

— Равнение — направо!

Гремя сапогами, он подходит к мужчине в штатском и идущей рядом с ним женщине, которые собираются выйти из тюрьмы. Не доходя до них несколько шагов, бравый служака останавливается, отдает честь, приложив руку к стальному шлему, и рапортует.

Мужчина в штатском небрежно прикладывает два пальца к берету и произносит:

— Благодарю вас — дайте команду разойтись!

Дверь тюрьмы с лязгом закрывается за вышедшими.

Неподалеку стоит черный «ситроен» с парижским полицейским номером.

Дежурный унтер-офицер за захлопнувшейся дверью ухмыляется вслед унтер-офицеру в цивильном костюме: пусть арестованная подумает, что ее вывел из тюрьмы немецкий генерал, не иначе как заместитель самого адмирала Канариса, начальника абвера.

Блайхер пересекает площадь Тертр, проезжает мимо старинного здания мэрии и останавливается около дома, в котором «Кошка» снимает меблированную комнату.

— У меня до сих пор не было времени произвести обыск вашей комнаты, — говорит он «Кошке». — После ареста капитана Чернявски мне пришлось заняться задержанием членов вашей организации в соответствии с обнаруженными у него списками. Сейчас выходите из машины и для экономии моего времени сами отдайте мне то, что там у вас спрятано. А заодно и переоденьтесь для поездки в ресторан.

Вместе они поднимаются по узкой и темной лестнице и входят в ее комнату.

— К сожалению, я не могу оставить вас одну, пока вы будете переодеваться, чтобы вы не вылезли в окно или не выкинули какую-нибудь глупость. Но я повернусь к вам спиной.

Он слышит, как сзади открываются и закрываются дверцы шкафа, как шуршит шелк, и вдруг замечает, что в открытой створке окна, как в зеркале, появляется «Кошка» с пистолетом в руке.

Сердце Блайхера бешено забилось, но он не оборачивается, зная, что лишь немногие люди способны выстрелить в спину другого. К тому же если он сейчас обернется, то спровоцирует ее нажать на спусковой крючок.

В этот момент «Кошка» произносит:

— Вот мой пистолет. Вы же сказали, чтобы я отдала вам то, что было спрятано в этой комнате...

Хуго медленно поворачивается, берет у нее из руки оружие и прячет в карман.

— А почему вы, собственно, не выстрелили? — спросил он.

— Это в спину-то? — отвечает она вопросом на вопрос.

Теперь она стоит перед ним в восхитительном вечернем платье с глубоким вырезом. Выглядит она очаровательно, а в глазах — полная беспомощность.

Вместе они спускаются по лестнице.