– Нет, это не захватчики, – уверенно заявил Берзалов, будто знал истину. – Потому что реальной силы за ними нет.

– А кто тогда?! – спросили хором у него и уставились требовательно, словно от слов Берзалова зависело их существование.

– Я думаю, – сказал Берзалов, – просто какие-нибудь паразиты, пришедшие следом за инвазивными захватчиками.

– Какие ещё паразиты?! – страшно удивились все.

– Могут быть у них паразиты? – спросил Берзалов.

– Могут! – согласились все.

– Но какие? – им хотелось точности в суждениях, чтобы опереться на них и не мучиться раздумьями.

– Обычные, гаплогруппа из космоса, со схожими намерениями. Место освободилось, вот они и явились, кто откуда. Некоторые – из какого-нибудь сумеречного мира.

– Выходит, они каким-то образом узнали, что человечество вымирает? – спросил Сундуков и сам же изумился своим умным речам.

– Мы так бабахнули, что видно и слышно было по всей галактике, – сказал Берзалов. – Потом разберёмся. Зайдём сюда днём с мощными прожекторами и всю нечисть выжжем. А кого не выжжем, того допросим и поймём, что это за звери.

– Кровопийцы! – высказался Гуча. – Космические гопники!

– Точно, – обрадовался Бур и впервые открыто улыбнулся.

Берзалов улыбнулся ему в ответ, потому что получалось, что Бур как бы герой, а героев не ругают, наоборот награждают. И не такой уж он плохой парень, подумал Берзалов. Если выживет, напишу на него наградной лист. Не зря же он в глубокую разведку подался.

– Не зайдём, – уверенно сказал Русаков.

– Почему?

– Потому что этот город только один раз показывается.

– Ну да… – вспомнили все, – ну да…

– Мне кажется, что он вообще в другом измерении.

– Жаль… – со вздохом сказал Гуча, который не участвовал в схватке и поэтому чувствовал себя ущемленным. – Жаль! Кому расскажешь, не поверят.

– А самое главное, что командованию доложить? – чуть наивно спросил капитан Русаков и посмотрел на Берзалова, мол, мое дело маленькое, я как бы ни за что не отвечаю, пусть Берзалов сам тянется перед начальством.

– Скажем, как есть, – авторитетно ответил Берзалов, – пусть верят или не верят, нам какая разница.

И все согласились с ним, потому что почувствовали в себе моральную силу людей, победивших зло. А ещё они почувствовали, что стали сплоченным экипажем, которому всё по плечу.

Глава 9

Комолодун

Оказалось, что чёрные-чёрные тучи, уходящие в поднебесье, висят совсем рядом, как раз над Харьковом, и что молнии беззвучно сверкают именно над ним, и нигде более.

Между тем, солнце поднялось, как и положено с востока, и на взгляд Берзалова это была хорошая примета – значит, ничего фундаментального в мире не изменилось, ну, разве что кроме луны-черепа, которая поблекла, но по-прежнему являла свой страшный лик.

Филатов уверенно вёл бронетранспортёр через пустой город. А потом, когда уже поднадоело разглядывать окрестности и экипаж стал задремывать, Берзалов бросил взгляд в триплекс и присвистнул:

– Да ведь здесь же шёл бой! Стой!

Все всполошились. Русаков бросил оттирать свою физиономию перед зеркалом и тоже захотел взглянуть на происходящее за бортом.

Высыпали на броню. Площадь была немаленькой – перекрёсток с шестью трассами, с кругом посередине и мачтой в центре, ну и, разумеется, с брошенными легковыми машинами по краю. А ещё с одноэтажными домами и перелесками выбегающими из низины, куда, собственно, и вела основная трасса.

– Гильзы! – азартно крикнул Архипов, спрыгнул на асфальт и принёс одну.

– Наши… – сказал Берзалов, разглядывая маркировку, – от стомиллиметрового снаряда.

Гильзы были «старые», ещё советских времён, нижнетагильского завода. Такими снарядами были забиты склады. А стомиллиметровый, это тебе не «тридцатка», которая не способна пробить даже кладку из одного кирпича. Стомиллиметровый – серьезное дело, им запросто можно танк срубить. Куда только лупили?

– А куда стреляли, товарищ старший лейтенант? – спросил Архипов.

– Как куда?.. – повертел головой Берзалов. – Туда, наверное?.. – он показал в сторону главной трассы, убегающей в холмы и поля.

Русаков с кислым выражением на лице посмотрел в ту сторону, куда показывал Берзалов. Даже взял бинокль, обозрел окрестности и иронично произнёс:

– А чего туда стрелять-то?.. Как в белый свет…

– Да я вот тоже думаю, чего туда стрелять? – сказал Берзалов, покидая борт.

Ему стало интересно. Он вдруг почувствовал азарт. Куда мог стрелять Гаврилов на пустом месте? Только во врага. Но даже после этих светлых мыслей, Берзалову больше ничего умного в голову не пришло. Между тем, судя по количеству гильз, Гаврилов расстрелял почти весь боезапас. А это не шутка. Этот дело серьёзное. Почти что знак в том его смысле, что «туда не ходи, там опасно», «кирдык» и тому подобное.