Перед дымящимися развалинами аэропорта Чампино колонна остановилась. Два немецких опрокинутых набок «Тигра» загораживали дорогу. Несколько одиночных выстрелов прозвучало над нашими головами. Американские солдаты на танках, в грузовиках и джипах смеялись и болтали, счастливые и беззаботные, жуя свою chewing-gum.

– Эта дорога полна опасностей, – сказал Джек, – может, ты посоветуешь генералу Корку оставить Новую Аппиеву дорогу и направиться по Старой?

Между тем генерал Корк разложил топографическую карту и сделал Джеку знак головой. Джек выскочил из джипа, подошел к генералу и стал что-то обсуждать с ним, тыча пальцем в какую-то точку на карте.

– Генерал Корк хотел бы знать, нет ли более короткой и безопасной дороги на Рим?

– На месте генерала, – ответил я, – я свернул бы налево на этом перекрестке, выехал бы на Старую Аппиеву дорогу приблизительно в миле от могил Горациев и Куриациев и, проехав по Капо-ди-Бове, вошел бы в Рим по Триумфальной улице и по Имперской. Дорога более длинная, но и более красивая.

Джек снова побежал к генералу Корку и через минуту вернулся.

– Генерал спрашивает, не согласишься ли ты повести колонну? – спросил Джек.

– Почему бы и нет?

– А ты можешь гарантировать, что мы не попадем в засаду?

– Я не могу гарантировать ничего. Мы на войне.

Джек подбежал к генералу обсудить вопрос, потом вернулся ко мне и сказал, что генерал хочет знать, является ли Старая Аппиева дорога вообще более безопасной.

– Что значит вообще? – спросил я у Джека. – Это значит обычно? В мирное время это совершенно безопасная дорога. А сейчас я не знаю.

– Генерал, вероятно, хочет сказать – в частности.

– Я не знаю, безопасна ли дорога в частности, но я уверен, что она более красива. Это самая благородная в мире дорога, она ведет к термам Каракаллы, к Колизею и к Капитолию.

Джек опять побежал к генералу, вскоре вернулся и сообщил, что генерал хочет знать, по какой дороге входили в Рим цезари.

– Когда они возвращались с Востока: из Греции, из Египта, из Африки, – ответил я, – они входили в Рим по Старой Аппиевой дороге.

Джек подбежал к генералу и, вернувшись, сообщил, что генерал Корк прибыл из Америки и поэтому решил войти в Рим по Старой Аппиевой дороге.

– Меня сильно удивило бы, – сказал я Джеку, – если бы он выбрал другую.

И добавил, что по Старой Аппиевой дороге проходили Марий, Сулла, Юлий Цезарь, Цицерон, Помпей, Антоний, Клеопатра, Август, Тиберий и все остальные императоры, поэтому по ней мог пройти и генерал Корк. Джек подбежал к генералу, что-то тихо сказал ему, и генерал Корк, повернув ко мне улыбающееся лицо, крикнул:

– O’kay!

– Поехали! – сказал мне Джек, прыгнув в джип.

Мы обогнали джип генерала Корка, сразу за «Шерманами» возглавили колонну и от аэропорта Чампино повернули на проселочную дорогу, соединяющую Новую Аппиеву дорогу со Старой. Скоро мы выехали на эту славную, самую благородную в мире дорогу, вымощенную каменными плитами, на которых до сих пор виднелась колея, выбитая колесами римских повозок.

– What’s that? – спросил генерал Корк, указывая на могилы, затененные кипарисами и пиниями, росшими по обеим сторонам Старой Аппиевой дороги.

– Это могилы самых знатных семейств Древнего Рима, – сказал я.

– What? – прокричал генерал Корк в страшном скрежете гусениц «Шерманов».

– The tombs of the noblest roman families, – перевел Джек.

– The noblest what? [331] – крикнул генерал Корк.

– The tombs of the four hundred of the roman Mayflower [332] !

Известие пролетело от машины к машине вдоль всей колонны, и американские солдаты вскочили на ноги в своих машинах, в джипах и на танках и с криками «Gee!», «Вот это да!» – защелками своими «кодаками».

Я тоже встал и, показывая пальцем на каждую могилу, прокричал:

– Вон та – могила Лукулла, самого знатного пьяницы Древнего Рима, это – захоронение Юлия Цезаря, вот могилы Суллы, Цицерона, а вон – могила Клеопатры…

Имя Клеопатры пронеслось от уст к устам, от машины к машине, генерал Корк прокричал мне:

– A famous signorina, wasn’t she? [333]

Когда мы оказались перед могилой Актера, я попросил Джека остановиться на минуту и, указывая на мраморные маски, вделанные в высокую, похожую на кулисы или на театральный задник стену из красного кирпича, которая возвышалась рядом с большим круглым мавзолеем, прокричал:

– Это – могила Котты, самого знаменитого римского актера!

– Who’s who? [334] – крикнул генерал Корк.