И все-таки море запало в душу.

Здесь оно было другим – темно-серым, серьезным. А может, это был океан…

Упругий ветер трепал льняную рубаху. Плащ его лежал в дорожной сумке.

Белала Вораш где-то здесь. На этом острове. Живая или мертвая – но она здесь. Сюда его привела тонкая ниточка магического следа, тут и нужно искать.

– Что дальше? – со скучающей интонацией спросил Берт.

– Налево. Пойдем вдоль берега.

– Ты так и не ответил, что планируешь делать дальше…

Ферг подавил острое желание поинтересоваться, какое дело до этого может быть магу Равновесия мастеру Туули. Все-таки Берт согласился ему помочь сам, по собственной воле.

– Ты можешь представить себе мага, – сказал он вместо прямого ответа, – который смог бы навести заклятие на хаосита с острова Брандей, да так, чтобы тот сам не заметил?

Берт сбился с шага.

– Хочешь сказать… Да ерунда, быть такого не может!

– Я не мог ошибиться. След магии очень знакомый, я с ним сталкивался уже.

– Когда?

– У меня в хосписе только за лето умерло четыре человека, пострадавших, как мы сначала думали, от моего личного проклятия. Оказалось – симптоматика схожа, но только на начальных стадиях болезни. Доктор Над предположил, что сознание этих людей было не стерто, а каким-то образом замещено сознанием кого-то иного… он думает – сознанием животного. Я с ним согласен, но есть некоторые расхождения… которыми я тоже планирую заняться. Так вот, над моими пациентами поколдовал тот же маг. Только след очень слабый. Если специально не искать, и не заметишь. Эту же магию я встречал еще в Клешском воеводстве, это далеко на восток отсюда… В общем, есть над чем подумать.

– А зачем это тебе?

– Четыре человека за лето только в Агере – и это обратившиеся за помощью. А сколько умерло в собственных домах? О скольких мы еще не знаем…

– Да тебе-то это зачем?

– Да живу я так.

И непонятно, то ли пошутил, то ли всерьез ответил.

Берт продолжать беседу не стал, а, напротив, поспешил вперед – увидел, где можно подняться на обрыв.

Скорей всего, этой тропой пользовались до них только дикие и очень ловкие звери. Подняться оказалось нелегко…

Зато Берт сразу сказал:

– Смотри-ка! Вроде нашли!

Далеко впереди, на высоком берегу, на голой ровной скале, лежала килем кверху лодка. А подле нее кто-то был. Графиня Вораш?

Берт сказал:

– Я подожду здесь.

Если бы не проклятый браслет, все было бы намного проще. Она хотя бы костер смогла развести. Хорошо еще, что с того памятного шторма на острове не случилось ни одного дождя и погода стояла довольно теплая.

Сначала цели были простыми и понятными: добраться до огня, провести в тепле ночь. Завалить камнями тело Хагра: Жосан такой чести не удостоился.

Белала сделала себе подобие костыля – нашла кривую палку-рогатину, обмотала раздвоенный ствол лентами, на которые пошел низ плаща Жосана. Куртка его оказалась заскорузлой от вытекшей крови, и отстирать ее в ручье Белале не удалось. Она выкинула куртку.

А вот плащ пришелся кстати: он почти не пропускал сырость. Бела расстилала одеяло Хагра, укрывалась этим плащом – и на некоторое время ей даже удавалось провалиться в сон. Сон давал отдых.

Самым тяжелым оказалось заставить себя покинуть развалины и попытаться выбраться к берегу. Если мимо берега может проплыть корабль и оттуда могут ее заметить, то внутри кратера кто ее найдет? Охотиться с больной ногой она не смогла бы, а никаких ягод или плодов на окрестных деревьях видно не было. На берегу, она смутно помнила, что-то росло. Но до побережья еще нужно добраться.

И путь через пещеру был ей заказан – без магии не хватит света найти нужный лаз. А значит, предстояло идти через перевал, по плитам все той же древней дороги. Мимо стражей.

Стражей она теперь видела. Может, сказывался голод, а может, и эта мысль ей казалась наиболее здравой, она просто повредилась рассудком. Чего стоил один разговор с мертвым разведчиком.

Она все ждала, что увидит его среди молчаливых охранников дороги. Но не увидела.

Стражи на этот раз препятствий не чинили. Видимо, им нельзя было лишь пускать людей к древнему храму. Выпускать дозволялось. И все же идти сквозь их молчаливый строй оказалось страшно и угнетающе тяжело. Именно на тропе, возле стражей, она внезапно и окончательно осознала, что одна на этом острове. Что, вероятней всего, она здесь так и умрет – одна.

Хочешь – плачь. Хочешь – устрой себе пир и съешь разом весь запас сухарей. А потом – прыгни со скалы, чтобы на раз, чтобы не мучиться…

Хотя предыдущий опыт показал, что высота – штука обманчивая. Можно ведь и выжить.

Хочешь – тяни существование до последнего. Любыми правдами разожги на берегу костер и жди, что кто-нибудь приплывет.

На самом гребне хребта она задержалась. Оттуда и увидела лодку. Лодка лежала на берегу, килем вверх. Бела сначала обрадовалась, но, сколько бы она ни смотрела, рядом с лодкой так никто и не появился. И ночью на всем острове не загорелось ни одного огонька…