Ферг качнул головой:

– Сейчас…

– Когда ребенок рождается, его, бывает, встряхивают, чтобы закричал…

– Не наш случай. Так. Сейчас.

Он положил ладони на грудь Дальгерта, сосредоточился и ударил молнией. Несильно – примерно как в недавнем бою с магом-гоблином.

Даля тряхнуло. Ферг пощупал пульс на шее, вздохнул. Скрестил ладони на груди Даля и принялся резко и ритмично надавливать на нее.

Берт зачем-то стал считать в уме – ему казалось, что все эти действия напрасны.

Через десять нажатий Ферг наклонился к бледному до синевы лицу разведчика, попытался запрокинуть его голову. Из горла разведчика вырвался короткий хрип. Доктор уложил его обратно на траву, вновь проверил пульс и вдруг от души саданул по щеке:

– Пульс есть! Так что ты не дышишь, скотина!.. Давай! Вдыхай!

Губы Дальгерта шевельнулись, словно он что-то хотел сказать. А потом его скрутило кашлем. Начавшийся тихо, приступ вскоре заставил его согнуться пополам и долго не заканчивался.

– С возвращением, – пробормотал Ферг и сам повалился на траву.

Заснул почти мгновенно, словно потерял сознание… а проснуться пришлось всего через час. Нужно было спешить.

С армией они встретились на следующий день. Разведчики засекли передовой отряд и сразу доложили Берту. Тот просто отменил последний привал, так что встреча эта состоялась на четверть часа раньше…

И прошла со сдержанной радостью – армия наступала широким фронтом, и до ставки командования пришлось еще ехать больше часа.

Собраться решили сразу – разведчики лишь успели умыться с дороги. Ферга, конечно, тоже позвали. Он по старой памяти устроился у госпитального костра. Удивительно, но Даль не остался с разведчиками на этот раз, а присоединился к нему.

За весь обратный переход никому из раненых хуже не стало. Дальгерт и вовсе чувствовал себя бодро и улыбался, что ясное солнце, а Иштван уверенно шел на поправку. Тревогу вызывал один из молодых магов с неглубоким проникающим ранением. Еще у озера Ферг его обследовал и наложил повязки, но серьезную хирургическую помощь должен оказывать тот, кто это умеет лучше. Например, полковой хирург Южного гусарского, давний член Лиги и мастер своего дела.

Ферг с облегчением передал своих пациентов в госпиталь, Лоранта оставил на попечении Даля, а сам отправился на совет.

Когда он пришел, в большом шатре все уже собрались и со слов Берта примерно представляли, что и как происходило в храме Заточенных.

Потому первое, о чем зашла речь, – это новости с юга. Новости были отличные – паннонцам удалось не только сдержать наступление, но и отбросить врага обратно к Тисе. Сейчас, по словам гонца, бои уже прекратились, а Берток вел с представителями трансильванского командования переговоры, чьим результатом должно было стать присоединение к Паннонии некоторых территорий, раньше номинально принадлежавших Трансильвании. Более того, Берток счел возможным направить на помощь союзникам еще два пехотных полка, которые в Трансильванской кампании не участвовали.

Оказалось, ждали только Берта. Он вернулся как раз тогда, когда немного утихли обсуждения последних новостей, и сразу сообщил:

– Сведения, полученные Фергом на территории противника, в целом верны. Вот последние данные нашей разведки…

Не тратя на заклинание даже слова, Берт превратил карту в объемную модель местности и тут же стал отмечать на ней по памяти расстановку сил противника. Ферг подошел ближе, внес небольшие поправки.

– За два дня многое могло измениться… – задумчиво сказал Ковач.

– Только одно, – хмыкнул командир моравских разведчиков. – Они выдвинули основные силы нам навстречу: вот здесь и здесь есть сносные дороги…

– Ну что же, есть о чем подумать…

– Брандеец знает о наших перемещениях и о силах, которыми мы располагаем. И он свободен…

Обсуждение предстоящей кампании закончилось глубокой ночью. Ферг подробно, опустив лишь некоторые детали, рассказал обо всем, что видел и слышал в храме, и ответил на все вопросы. Усталость, накопившаяся за последние дни, странным образом повлияла на сознание. Он не сомневался, что его действия в храме сочтут если не предательством, то малодушием, и заранее был готов к любому итогу нынешнего совета. Однако вслух ничего такого никто не произнес, и Ферг с удовольствием плыл по течению: будущее подскажет ответ. Оставалось сделать два дела: отправить Лоранта как можно дальше от войны. И найти графиню Вораш. Если она еще жива. Вот только если он сейчас, перед битвой, покинет войско, это сочтут предательством даже те, кто раньше ему верил.

И все-таки потихоньку дело шло к окончанию совета.

– Значит, решили, – в завершение сказал Ковач, оглядев собравшихся. – Цель остается прежней: южные крепости Муреша, Бир и Кане.

И вот тут в планы соединенной армии снова была внесена поправка. Причем настолько же эффектно, насколько неожиданно.

– Прошу извинить меня за вторжение, господа, – раздался приглушенный, но уже хорошо знакомый Фергу голос. – Я вижу, что не напрасно решил послушать, о чем у вас пойдет речь…

Он был здесь. Ферг в первый миг даже подумал, что гоблин и на самом деле каким-то образом смог незаметно пробраться в шатер. Но, конечно, это было не так.