Шрифт:
– Не будем больше гадать. Вы успокоились, мисс Гамильтон?
– Спасибо, вполне.
– Мисс Вейли, попросите у Мелиссы успокаивающую настойку.
– Хорошо. – Одри побежала в дом.
– Мне ничего не надо, – попыталась протестовать Хелен, – я не собираюсь пить какие-то лекарства!
– Несколько капель помогут вам окончательно успокоиться. Что вы смотрите на меня, мисс Гамильтон, так странно?
– Потому что мне странна забота такого предателя, как вы! – выпалила Хелен. Она снова занервничала, только теперь не из-за этого чертова платка, а из-за того, что Марк был слишком близко и нужно было немедленно его отдалить.
– Предателя?
– Наябедничали дяде о том, что было вчера! Надеюсь, вы все подробно описали! Думаю, что вы даже кое-что приукрасили, особенно свою героическую роль спасителя-освободителя в этом деле и...
– Ваш дядя и без меня знал об этом, – жестко перебил ее Марк.
Хелен опешила.
– Вы лжете. Он никак не мог...
– Значит, мог! – жестко сказал он. – Я ему ничего не говорил.
– Выходит, что дядя нанял еще кого-то, чтобы опекать меня?
– Мне, по крайней мере, об этом ничего не известно. А вы не думали, что это ваша подруга рассказала ему?
– Одри? Вы с ума сошли. Она не могла сказать ничего подобного.
– Не со зла, а по глупости!
– Но она сегодня не разговаривала с Робертом.
– Вы могли этого не видеть.
– Нет, она не могла!
– Не верить – это ваше право.
– У меня не слишком много прав, особенно в этом доме и учитывая ваши старания. Пусть хоть это право у меня останется.
– Вы всегда доверяете мисс Вейли?
– Она моя подруга.
– Вот это меня и настораживает.
– Что именно?
– Что какой-то невероятный случай или столь же невероятное стечение обстоятельств свели вас вместе. Вы слишком разные.
Марк был не первый, кто делал подобное заявление.
– Разве вам неизвестно, что противоположности притягиваются?
– Что-то припоминаю из курса физики... хотя там речь шла об электрических зарядах, а не о двух юных особах.
– Оказалось, что на нас с Одри эта теория тоже распространяется!
– Мне кажется, вы стали дружить только потому, что у вас был не слишком богатый выбор кандидаток на роль подруги. Наверное, вы страдали от одиночества.
Хелен взглянула ему в глаза. Сейчас они были темны и непроницаемы. А ведь совсем недавно Хелен казалось, что она что-то начала понимать о Марке. Какая непростительная самонадеянность!
– Опираетесь на собственный опыт?
– Отчасти.
– В чем-то вы правы, – призналась она. – Так было, но только в самом начале. Она замечательная подруга, а вы ошибаетесь в своей оценке Одри.
– Вот это подойдет? – спросила запыхавшаяся Одри, почему-то протягивая пузырек не Хелен, а Марку. Она явилась как раз вовремя, чтобы своим появлением рассеять напряжение, которое уже успело слегка загустить воздух.
– Вполне, – буркнул Марк.
16
Когда на следующий день Хелен спустилась к завтраку, за большим столом она обнаружила кроме Одри, Марка и своего дяди Эндрю Адамса.
– Доброе утро, Хелен.
– Доброе утро.
– У тебя есть какие-то планы на сегодня, дорогая?
– Нет, а в чем дело?
– Я собираюсь сегодня пригласить нескольких гостей на ужин. Хочу, чтобы вы с Одри присутствовали.
– Хорошо. – Хелен уселась за стол.
Завтрак прошел в молчании, а потом Роберт и Эндрю Адамс поднялись и отправились в кабинет. Марк, к удивлению Хелен, остался за столом.
– В ваших услугах перестали нуждаться, мистер Макиавелли? – спросила Хелен, не глядя на Марка.
– Опять пытаетесь язвить, мисс Гамильтон?
– Даже не думала, я просто спросила.
– Мне тоже показалось, что ты слишком агрессивна с Марком, – подала голос Одри.
– Спасибо, подружка! Ты переметнулась на вражескую сторону?
– Марк не вражеская сторона, а я всегда на стороне правды.
– Ну да.
– Не стоит развивать дискуссию, – остановил их Марк, – я вполне могу ответить на вопрос мисс Гамильтон. Я работал почти всю ночь и поэтому имею право немного отдохнуть.
– Извините.
Самой себе Хелен могла признаться, что она действительно агрессивна по отношению к Марку. Но это объясняется тем, что она пытается защититься. В его присутствии она чувствует себя уязвимой, беспомощной и... ранимой.
– Рада, что ты это поняла, Хелен. И раз я добилась восстановления справедливости, то вполне могу удалиться. – Одри вышла из-за стола.