Она пристроила свечу на пол и прижалась к Крису.

— Тебе больно?

— Пока нет… Укол еще действует… — невнятно пробормотал он, вновь закрывая глаза. Некоторое время он сидел неподвижно, словно впал в дрему, и вдруг дернулся всем телом и вскрикнул:

— Дениз! :

— Я здесь, — быстро ответила она, сжимая его ладонь. — Все в порядке, Крис. Отдохни немного. Я буду рядом.

— Конечно… Конечно, ты будешь рядом, тебе некуда идти. Ведь мы завалены в этой проклятой пещере… Я завален… А ты можешь запросто ускользнуть, и я останусь один. Знаешь ли ты, как страшно умирать в этой черной беспросветной яме, где ты бросила меня… без надежды… одного… в черной, ледяной могиле…

Дениз стало страшно. Только что Крис разговаривал с ней, и все было в порядке. Прошло несколько минут, и он перестал узнавать ее. Неужели дела так плохи?

— Крис, это же я, Дениз… Пожалуйста, не говори так! Я вовсе не собираюсь тебя бросать, я же тут, рядом с тобой! Я не оставлю тебя…

Крис…

— Дениз… — неуверенно пробормотал он. Его глаза широко раскрылись, и Крис некоторое время смотрел прямо перед собой. Потом его взгляд сфокусировался на Дениз. Крис несколько раз растерянно моргнул, а затем нахмурился, словно что-то пытался мучительно вспомнить, и наконец взгляд его прояснился. — Да, Дениз. Ты здесь… Только, пожалуйста, не исчезай…

— Не исчезну, — силясь улыбнуться дрожащими губами, заверила она.

— Спасибо, — пробормотал Крис. — Дениз, я тебя прошу, не гаси свет. Я не хочу, чтобы гас свет… Я схожу с ума в этой темноте…

Дениз с тоской посмотрела, как стремительно тает парафин, прозрачными каплями стекая на пол…

— Нам нужно задуть свечу, иначе скоро у нас вообще ничего не останется… Приляг, Крис, тебе будет удобнее…

Дениз попыталась его уложить, но Крис опять впал в тревожное состояние.

— Нет, не надо… — Он вдруг схватил ее за плечи так сильно, что у Дениз едва кости не хрустнули.

— Крис… Успокойся… Давай же, приляг. Я буду с тобой… — Говоря это, Дениз легла на твердый пол, увлекая его за собой.

— Прости, я не могу сейчас быть один… Я хочу чувствовать тебя рядом… Хочу знать, что я еще жив и что я здесь не один… — бормотал Крис.

— Все в порядке… Я все понимаю… — мягко ответила она.

Крис закрыл глаза, и Дениз, дотянувшись до свечи, загасила ее. Кончик фитиля еще некоторое время светился красной точкой, потом и эту точку поглотил мрак. Кромешная тьма снова окутала их, было слышно только тяжелое дыхание Криса. Туманное облачко от сгоревшего парафина повисло в воздухе. Дениз не могла его видеть, но знала, что это так и есть. Острый запах парафина витал в воздухе, и от него першило в горле; Дениз провела сухим языком по сухим губам и погладила плечо Криса. Его руки по-прежнему обвивали ее, однако стальная хватка ослабла. Их тела были прижаты друг к другу так плотно, что сердце Криса колотилось прямо в грудь Дениз, а горячее дыхание опаляло ее шею.

— Дениз, прости меня… — На этот раз его голос прозвучал вполне естественно.

— За что?

— За то, что ты оказалась здесь. Я не должен был брать тебя с собой…

— Крис, перестань, мы об этом уже говорили, и снова обсуждать этот вопрос я не намерена.

— Ты оказалась именно такой, какой я тебя и представлял. Из нас двоих именно ты оказалась настоящим героем…

— Скажешь мне это еще раз, когда мы выберемся и желательно при большом скоплении народа. Пусть все знают, что я настоящий герой, — отозвалась Дениз, стараясь, чтобы голос не выдал ее.

— Обязательно, — хрипло пообещал Крис и, повернув голову, уткнулся лицом в основание ее шеи. — Денни, то, что я говорил, — все правда, от первого до последнего слова. Пожалуйста, поверь мне. Я хочу, чтобы ты была со мной…

Всегда была со мной… Дениз, прости, я больше не могу!.. — Он царапнул ее кожу щетиной и тут же прижался к этому месту горячими сухими губами.

— Укол больше не действует? — задрожав, спросила она.

От хриплого шепота Криса, его горячего дыхания, овевающего шею, мягкого, щекочущего Прикосновения губ к нежной и чувствительной коже у Дениз кружилась голова и томительно ныло внизу живота.

— Нет, не то… Я не в силах общаться с тобой просто по-дружески. — Крис снова царапнул ее щетиной.

Дениз подумала, что у него опять начинается бред.

— Почему? Я здорово раздражаю тебя? — осторожно поинтересовалась она.

— Нет, потому что я хочу тебя, Дениз… — глухо сказал он.

Он точно бредит!

— Давай я зажгу свечу.

Дениз попыталась отстраниться, чтобы дотянуться до спичек, но руки Криса опять сжали ее с каким-то отчаянием.

— Дениз, я захотел тебя с самой первой минуты, как увидел. Я думал, что Марк твой приятель. А если не Марк, то у тебя обязательно кто-то должен быть… Это ужасно, думать, что ты принадлежишь другому, и при этом отчаянно желать сделать тебя своей!..

Дениз прерывисто вздохнула и до крови закусила губу. Она должна немедленно сконцентрироваться на чем-то отвлеченном. Потому что осталось еще чуть-чуть, и она сойдет с ума от его слов и прикосновений. Нельзя принимать всерьез бормотание Криса. Это будет самая большая ошибка в ее жизни, неисправимая ошибка!

Температура, стресс, его страх перед этими пещерами — теперь Дениз была твердо уверена в том, что с Крисом когда-то что-то случилось и теперь он до ужаса боится этих пещер! — сделали свое дело. Немудрено, что его бред приобрел такие причудливые формы.