— Я понимаю… — пробормотала Дениз.

Она не была уверена в том, что Лори успокоилась даже при известии о том, что с ее кузиной все в порядке. Кроме того, неугомонная Лори конечно же потребует полного отчета о том, как Дениз оказалась в этих пещерах. А когда ситуация прояснится и Лори узнает, что Дениз напросилась в эти пещеры в качестве врача, а потом едва там не погибла, то последует нескончаемая лекция о том, что она совсем ополоумела из-за своей работы, что постоянно лезет на рожон, что пора прекратить эти безумства и даже сменить специализацию…

— О чем ты думаешь? — поинтересовался Марк, лихо управляясь с рулем одной рукой и бросая встревоженные взгляды на Дениз.

— О Лори и о том, что будет после ее приезда. Моя кузина вполне может закатить что-то вроде истерики.

— Ну, с Лори мы быстро управимся, — самонадеянно заявил Марк, на что Дениз только обреченно покачала головой, уверенная, что «управиться» с ее кузиной будет не так просто, как Марк это себе представляет.

Марк тем временем припарковался на стоянке. Они вошли в здание госпиталя и едва поднялись на нужный этаж, как в коридоре наткнулись на спешащего Фрэнка.

— Дениз! Я вас искал вчера! — Фрэнк увидел их первым и так быстро направился к Дениз, что она от неожиданности попятилась.

— Правда? Вы кто? Мы, кажется, незнакомы…

Марк хмыкнул.

— Я Фрэнк, вы меня не узнали?

— Не узнала, — пробормотала она, разглядывая мужчину. Высокий, голубоглазый, с очень приятным лицом и немного вымученной улыбкой. — Я почти совсем ничего не помню из того, что было вчера, — с робкой ответной улыбкой призналась она.

— Немудрено. Дениз, я хотел с вами поговорить. Можете уделить мне несколько минут?

— Поговорить о чем?

— Здесь не очень удобно. Может быть, зайдем в мой кабинет?

Дениз растерянно огляделась — и впрямь неудобно. Туда-сюда снуют люди: врачи, пациенты и волнующиеся родственники.

— Хорошо.

Дениз вошла в небольшой кабинет, втащив за собой вяло сопротивляющегося Марка.

— Он со мной, — пробормотала она зачем-то.

Фрэнк только пожал плечами. Он бросил папку, которую держал в руках, на стол и открыл жалюзи.

— Я начну без предисловий. Дениз, вы вчера показали себя блестящим хирургом, несмотря на молодость. По правде говоря, я поражен. У нас в госпитале не так уж и много врачей столь высокой квалификации. А такие врачи нам очень нужны. Очень! — подчеркнул Фрэнк. — Я хотел предложить вам работу в нашем госпитале.

— Я… Я благодарна вам за это предложение, Фрэнк, но я не могу. У меня уже есть работа, а здесь я оказалась совершенно случайно. Я приехала на отдых. А потом мы отправились на экскурсию…

— Я уже знаком с вашей историей, — с легкой улыбкой прервал ее Фрэнк. — Я готов ждать сколько угодно. В любом случае в этом госпитале для вас всегда найдется вакансия. Когда бы вы ни решились сделать этот шаг. — — Спасибо, — пробормотала Дениз. — Я подумаю, а сейчас извините, мне пора.

— Ваш пациент в триста второй палате, — сказал Фрэнк. — Это ваш друг?

Дениз посчитала этот вопрос в высшей степени бестактным и поджала губы. У нее даже щеки от неловкости порозовели, но Фрэнк, похоже, не испытывал и толики дискомфорта.

— Можно и так сказать, — пробормотала она. — Он спас меня, когда началось землетрясение, закрыл собственным телом.

— Извините, я не знал.

— Мне пора, — сказала она еще раз и поспешно вышла из кабинета.

— Ты мне не говорила, что Крис спас тебя, — сказал Марк, последовавший за ней.

— А когда, по-твоему, я успела бы сделать это? — сухо отозвалась Дениз.

— Думаю, вчера вы расквитались. Он спас тебя там, ты спасла ему ногу.

— Марк, это такие вещи, которые… которые нельзя сравнивать по значимости! — выпалила Дениз.

— Конечно, — сразу же согласился он.

Его лицо было каким-то странным, словно Марк пытался сдержать улыбку. Дениз подозрительно нахмурилась, но сказать ничего не успела, потому что Марк остановился и предупредительно открыл перед ней дверь палаты Криса.

— Ты заходи, я приду через минуту.

Кроме самого Криса, в ней находилось еще три человека. У одной постели сидела всхлипывающая темнокожая женщина в накинутом на плечи белом больничном халате. Дениз кивнула ей и прошла к кровати Криса. Эта палата предназначалась для тяжелых больных, остальные были переполнены.

Дениз присела на стул, вглядываясь в лицо Криса. Глаза его по-прежнему были закрыты. Она коснулась его запястья, проверив пульс. Его большая рука была прохладной, тяжелой и безвольной. Дениз вздохнула.

Сейчас ей казалось, что она ни на что не имеет права, даже держать его за руку. Ее взгляд коснулся его лица; губ, которые целовали ее в темноте пещеры и были солеными на вкус; груди, прикрытой простыней, к которой она прижималась… От этих воспоминаний ее лицо застыло, а внутри стала нарастать дрожь, готовая выплеснуться наружу. Слишком яркими были эти воспоминания! Она ничего не видела в темноте, но помнила все его лихорадочные прикосновения, горячечные — как в последний раз! — поцелуи и ласки. Они оба действительно были уверены, что это в последний раз.