Нам потребовалось немного времени, чтобы убедить кого-нибудь рассказать нам, что же произошло: все отталкивали нас с глазами полными страха. Наконец, мы нашли старика, опирающегося на ворота - он пытался отдышаться, колени дрожали от напряжения.

– Насколько всё плохо дальше на севере?
– спросил Ведьмак, его голос звучал очень мягко.

Мужчина покачал головой, и прошло некоторое количество времени, перед тем как он достаточно оправился, чтобы ответить.

– Большое количество солдат высадились к северо-востоку от залива, - выдохнул он.
– Они застали нас врасплох. Кендал уже принадлежит им - всё, что от него осталось после пожара, - и теперь они двигаются в эту сторону. Это конец. Я жил там всю мою жизнь. Я слишком стар, чтобы начинать все заново…

– Войны не длятся вечно, - сказал Ведьмак, похлопав его по плечу.
– Я тоже потерял свой дом. Но мы должны двигаться дальше. В один прекрасный день мы оба вернёмся домой и всё починим.

Старик кивнул и побрёл в колонну беженцев. Он, похоже, не сильно поверил словам Ведьмака и, судя по выражению лица моего хозяина, он сам не очень-то в них верил. Ведьмак повернулся ко мне, его лицо было мрачным и измученным.

– Я считаю, что моя первая обязанность - защищать тебя, парень. Но теперь нигде в Графстве не безопасно, - сказал он.
– Сейчас, мы ничего не можем сделать здесь. Когда-нибудь мы вернёмся, а пока двигаемся к морю.

– Куда мы идём? В Сандерленд?
– спросил я, предполагая, что мы попытаемся добраться до порта Графства и сесть на корабль.

– Если он ещё не захвачен врагом, то там полно беженцев, - сказал Ведьмак, качая головой.
– Нет, я собираюсь забрать то, что принадлежит мне.

Сказав это, он быстро повёл нас на запад.

В очень редких случаях Ведьмак получал оплату своевременно, а иногда не получал и вовсе. Он упомянул долг. Годами ранее, он изгнал водную ведьму из дома одного рыбака. И теперь, вместо денег, он потребовал кровать на всю предстоящую ночь и безопасный проезд к Моне, большому острову, который лежал в Ирландском море, к северо-западу от Графства.

Рыбак принял нас неохотно. Он явно не хотел этого делать, но был напуган человеком со свирепым блеском в глазах - тем, кто был преисполнен решимостью.

Я думал, что моя морская болезнь прошла после путешествия в Грецию этим летом. Как же я ошибался. Маленькая рыбацкая лодка сильно отличалась от трёхмачтовой Селесты. Когда мы были ещё далеко от залива в открытом море, лодка начала тревожно качаться, собаки вскоре начали нервно выть. Вместо того, чтобы наблюдать на отдаляющееся от нас Графство, я провёл большую часть времени, смотря за борт и сильно мучаясь из-за качки.

– Тебе лучше, парень?
– спросил Ведьмак, когда меня, наконец, прекратило тошнить.

– Немного, - ответил я, смотря на Мону, которая теперь была пятном зеленого цвета на горизонте.
– Вы когда-нибудь были на этом острове прежде?

Учитель покачал головой:

– Меня никогда сюда не вызывали. У меня было более чем достаточно работы в Графстве. Но у островитян достаточно проблем со злыми силами. На острове, по крайней мере, с полдюжины баггейнов.

– Что за баггейны?
– спросил я. Я смутно помнил, что видел это слово в Бестиарии Ведьмака, но так ничего и не нашарил. Я знал лишь то, что в Графстве их больше нет.

– Ну, парень, почему бы тебе самому не посмотреть?
– сказал, Ведьмак, доставая книгу из сумки и протягивая её мне.
– Это вид демона.

Я открыл Бестиарий, пролистал к разделу демонов и быстро нашёл заголовок: «БАГГЕЙНЫ».

– Читай вслух, Том!
– попросила Алиса - Я тоже хочу знать, что это такое.

Мой учитель нахмурился, видимо, полагая, что это касается только ведьмаков. Но я уже начал читать:

– Баггейны - это вид демонов, который часто встречается на руинах и обычно принимает вид чёрного быка или волосатого человека, хотя возможны и другие формы, если они подходят для его целей. На болотах баггейны, как известно, превращаются в червей. Баггейн способен издавать несколько звуков: один, как разъярённый бык, чтобы отпугнуть тех, кто посмел зайти на его территорию, и второй - шёпот зловещего человеческого голоса. Он разговаривает с ними так, что люди теряют свои силы, их страдания делают демона в разы сильнее. Затыкание ушей не поможет: голос баггейна звучит прямо в голове. Даже полностью глухие, как известно, становятся жертвами этого коварного голоса. Те, кто слышали этот шёпот, умирали сами в течение нескольких дней, если, конечно, не убивали демона первыми. Баггейн хранит жизненную силу каждого человека, убитого им, в лабиринте, который он строит глубоко под землей. На баггейнов не действуют соль и железо, поэтому их тяжело убить и столь же трудно защититься от них. Уязвимы они только одной вещи - мечу, сделанному из сплава серебра, который нужно загнать в сердце демона после его полной материализации.

– Звучит пугающе, - сказала Алиса.

– Да, неплохая причина бояться, - ответит Ведьмак.
– Говорят, на острове нет ведьмаков, но исходя из того, что я слышал, островитяне могут ладить с некоторыми демонами. Поэтому баггейны и процветают: некому бороться с ними.

Внезапно начало моросить, и мой хозяин быстро выхватил Бестиарий из моих рук, закрыл и убрал в мешок от греха подальше. Это была его последняя книга, и он не хотел повредить её ещё сильнее.

– Расскажите о жителях острова, - попросил я.

– Они гордые и упрямые люди. Так же они воинственны, со своими наёмниками, которых называют «йомены». Но у такого маленького острова не было бы шансов против нашего врага, если бы те продолжили наступление за пределами Графства.

– На острове нас не очень-то ждут, не так ли?
– сказала Алиса.

Ведьмак задумчиво кивнул.

– Возможно, ты права, девочка. Беженцам редко где рады. Кормить лишние рты никому не выгодно. Много людей вынуждены покинуть Графство и отправиться на Мону. Там дальше, на западе, Ирландия, но путешествие займёт куда больше времени, а я предпочёл бы оставаться ближе к дому. Если дела ухудшатся, то мы всегда сможем уйти на запад.