Моя кровь вскипела от гнева. В прошлый раз я позволил ведьме уйти, а Алиса погналась за ней с горящей головешкой, но я остановил ее. Мне казалось, что Мамаша Малкин не заслужила такой тяжкой участи. Никто не заслужил. И я не мог позволить Алисе сделать подобное. Но на этот раз моя ярость оказалась сильнее меня самого. Как и прежде, я поймал Алису за руку, когда она пробегала мимо, но внезапно сам выхватил у нее из рук факел и последовал за Мамашей Малкин через скотный двор.

Недолго думая, я поджег подол ее платья. Через считанные секунды пламя охватило ее всю, а ведьма завопила, когда огонь стал медленно пожирать ее заживо. Да, я не должен был этого делать, но тогда меня это мало волновало. Я должен стать жестоким, чтобы выжить. Чтобы стать таким ведьмаком, каким мне судьбой суждено было стать. И тогда я услышал чей-то голос. Но он не шептал, голос был громким и настойчивым.

– Во мне тоже есть тьма! – воскликнул он. – И я могу делать все то, что делаешь ты. Я охотник, не добыча!

Только через несколько секунд я понял, что голос был моим, и кричал только я. Я знал, что это было правдой. Рог оказался прав. Тьма развратила меня, и в моей душе осталась ее частица. И пусть это подвергает меня опасности, но и является источником моей силы. Когда-то мама обещала мне, что скоро настанет тот день, когда я стану охотником. И сама тьма будет меня бояться.

Казалось, прошла целая вечность, пока я находился без сознания. Наконец, я открыл глаза.

Я дрожал, все тело лихорадило, а горло пересохло. Баггейн не уничтожил меня, я пережил свою первую с ним встречу, но много ли времени пройдет, прежде чем он вернется?

Я ослаб и едва соображал. Болезненные воспоминания медленно кружились в моей голове, но я вдруг услышал голос справа от себя.

– А ты счастливчик, - сказал Рог. – Но все равно скоро ты умрешь. Я же буду сидеть здесь и ждать своей очереди.

Я устало повернул голову и глянул на сына Дьявола. Его тело было обнажено до пояса, и даже под тусклым светом факела я видел, как бугрились мышцы рук под его кожей. У меня вдруг возникла идея.

– Железные кандалы причиняют тебе боль? – спросил я.

Он покачал головой.

Не все темные существа боялись железа, и мне казалось, что Рог как раз относился к их числу. Так даже намного лучше…

– Тогда почему бы тебе не освободиться? – предложил я. – У тебя хватит сил это сделать…

– Зачем? – спросил он. – Я все равно не смогу выломать дверь камеры.

– Когда освободишься, выпусти и меня! Вместе мы сможем пройти через туннель, у меня есть оружие против всего, что нам будет угрожать: соль, железо, серебряная цепь. Согласись, это лучше, чем ждать здесь своей смерти.

– Выпустить тебя? Почему я должен тебе верить? Ты мой враг!

– Сейчас мы нужны друг другу, - продолжал настаивать я. – Вместе мы сильнее, а после того, как выберемся отсюда, разойдемся.

Надолго повисла тишина. Рог, видимо, раздумывал над моим предложением. Затем я услышал протяжный стон, а когда он повторился, то понял, что ему вовсе не больно, и он не страдает. Он освобождается от цепей.

Я облизнул свои пересохшие губы, сердце в груди громко колотилось. Меня вдруг наполнила надежда.

Рог встал и подошел ко мне, и я почувствовал мускусный запах пота, но холода так и не последовало: ни намека на то, что рядом присутствовала тьма. Рог даже ближе к человеку, чем он думает, но, тем не менее, я должен быть настороже: несмотря на наше соглашение, мы все еще оставались потенциальными врагами.

Недолго думая, Рог нагнулся и схватился за мои цепи ближе к железному кольцу в стене. Он снова застонал, а его мышцы напряглись.

Звякнули разорванные звенья. Я снова был свободным!

– Так ты не слеп? – спросил я, удивившись тому, как легко он нашел цепь в полутьме.

– Я вижу лучше, чем большинство из вас, но не этим! – он указал на свои молочно-белые глаза. – У меня есть третий глаз, с ним я вижу мир и вещи за его пределами. Я могу заглянуть человеку в самую душу, увидеть его тьму!

Я вскочил на ноги, и мое сердце забилось еще быстрее. Я ощущал себя слабым и вялым, но, по крайней мере, я свободен! Мы встали лицом к лицу, я и мой временный союзник. Вместе с Алисой мы теперь смогли бы победить Лиззи.

Моя трутница осталась в сумке, но огарок свечи все еще лежал в кармане, и я зажег его от пламени факела. Переложив свечу в левую руку, я медленно направился в сторону туннеля, вспоминая, что некоторые пустые клетки оставались открытыми. Может быть, не придется идти через весь туннель…

Когда я дошел до поворота, то повернул направо. Через двадцать ярдов я достиг ветки туннеля, которая вела к следующей клетке, и вновь свернул. В тот миг, когда мы оказались в пустой темнице, моя надежда снова обрела крылья. Дверь была открытой! Теперь мы можем выйти к башне!