Шрифт:
Я подумал: «Сейчас я убегаю, ребята, но еще встречусь с вами…»
Глава 4
Неподалеку от 105-й улицы я заметил, что мой «меркурий» все время заносит влево, словно из камеры выходит воздух. Я подкатил к огромной станции обслуживания. Колесо еще не село, но это произошло бы через пару кварталов. Я нервно расхаживал по станции, пока механик ставил запасную камеру. Я сказал, чтобы починили и проколотую, я заберу ее потом. Расплатился, оставив свой адрес и фамилию, и выехал на улицу. Потерял я минут двадцать.
До офиса я добрался около девяти. За матовым стеклом двери виднелся свет, и я вспомнил, что Сэнди работает. Но стука пишущей машинки не было слышно. Я вошел. На ее столе горела лампа, но самой Сэнди не было. Видимо, ушла за кофе или еще за чем-нибудь, подумал я. Но она не оставила бы дверь незапертой. Я быстро пересек комнату и вошел в свой кабинет. Здесь было темно, и я щелкнул выключателем. Сэнди лежала на полу возле моего стола. Я бросился к ней и опустился на колени. Блузка ее была порвана, обнажив плечо и грудь. Юбка завернулась выше колен. В уголке рта запеклась кровь, а на левой щеке был синяк. Когда я обнял ее, губы у нее шевельнулись, а веки дрогнули.
— Сэнди! — сказал я резко.
Она открыла глаза.
— Джим…
Я вытер носовым платком кровь с ее губ и поправил юбку. Потом поцеловал в лоб и прижал к себе.
— Я вызову врача.
— Нет. Со мной… все в порядке. Но это было ужасно…
— Кто?
— Джим, я… я не знаю. Двое. Они приходили за тобой. Я сказала, что не знаю, где ты. Они решили, что я лгу, и один из них меня ударил. А потом они все время спрашивали, швыряли меня и били. Наверное, я… потеряла сознание.
Я осторожно усадил Сэнди в кресло за своим столом. Она натягивала край порванной блузки, стараясь прикрыть наготу.
— Не трудись, это всего лишь я…
Я вышел в туалет, намочил в холодной воде полотенце, обмыл Сэнди лицо и приложил полотенце к ушибленной щеке. Все мои мышцы словно одеревенели. Ярость поднималась внутри меня, гораздо большая, чем та, которую я испытал при виде тела Элвина Бэйна. Я проговорил сквозь зубы:
— Это все, что они сделали? Только били?
— Один из них пытался тронуть меня…
Я стал тихо ругаться, употребляя слова, которые считал забытыми. Сэнди положила холодные пальцы на мои губы.
— Не надо, Джим. Пожалуйста. Все хорошо.
— Нет, не хорошо, — я слегка встряхнул ее. — Как они выглядели?
— Джим, — сказала Сэнди, — ты делаешь мне больно.
Я убрал руки с ее плеч.
— Прости. Опиши их.
— Один — высокий, такой приятный на вид, в светло-сером твидовом костюме. Короткие светлые волосы и веснушки. Он… Он был похож на студента. Другой — низкий и смуглый. Курчавые черные волосы. Высокий называл его Джерри. Оба были без шляп.
— Значит, Джерри, — сказал я. — У него была ссадина на подбородке?
— Кажется, да. Заклеенная полоской пластыря. Откуда ты знаешь?
— Неважно, — сказал я, думая о Джерри, который работает на Джона Дэймона. Я не мог припомнить студента, но Дэймон отыскивал таланты в самых странных местах. Что это было? Месть Дэймона за то, что я задал трепку одному из его людей, слегка обработав того пистолетом?
— Джим, — сказала Сэнди, — не надо так смотреть.
— Сейчас я отвезу тебя домой.
— Я могу взять такси.
— Нет. — Я выдвинул ящик стола, достал тупорылый пистолет «смит и вессон», вытащил барабан, открыл коробку с патронами и зарядил его. Потом засунул во внутренний карман пиджака.
Сэнди смотрела на меня во все глаза.
— Что ты собираешься делать?
— Об этом тебе нечего беспокоиться. — Я прикоснулся к ее руке. — Пошли.
Я отвез ее домой, велел запереть дверь и держать на замке. Она пристально посмотрела на меня.
— Джим, мне это не нравится.
— Мне тоже.
— Ты будешь осторожен?
— Да, да… — Я был взвинчен и нетерпелив.
— То, что со мной случилось, это ведь не так важно. И эти люди…
— Черта с два!
Она открыла рот, словно собираясь заговорить, но промолчала и, лишь слегка коснувшись моей щеки, отвернулась. Я услышал вздох.
— Спокойной ночи, Сэнди…
Она повернулась ко мне. Ее глаза были печальными, а губы дрожали.
— Джим, я знаю, что нет смысла уговаривать тебя, когда ты такой, как сейчас.