Шрифт:
Витольд сопел, оборотень, явно державший сторону демона, поскуливал от нетерпения, а Бутончик равномерно отсчитывал положенные тридцать секунд. Если рогатая сущность не успеет досочинить, Бормотун будет объявлен победителем. И лопнет от гордости. Но демон успел на двадцать пятой секунде:
– И эльфийку в тот же час
С сыном в бочку посадили,
Засмолили, покатили
И с крутой горы спустили.
И решили посмотреть,
Долго ль будет им лететь?...
– Любезно оскалился демон, предлагая магу спасать основных героев, летящих в бездну. Сам виноват!
И тут в соревнование некстати влез оборотень:
– ... И решили посмотреть,
Долго ль будет им лететь?
Только к бездне им лохам не успеть!
Ведь ковёрный самолёт
Сдан в музей в запрошлый год,
Вот и как теперь учесть недолёт?
И знатный демон Черномор,
В тёмном царстве первый вор,
На излёте бочку спёр,
Ох, хитёр!
Демон беззлобно рыкнул. Оборотень, конечно, дурень. А чего еще ждать от оборотня, кроме медвежьей услуги, хоть он и волк? Но "знатный демон" Витольду понравился.
– "Лохам" - вульгаризм!
– Возмутился маг, не оценив нежданной помощи.
– Пусть будет: "Только к бездне им никак не успеть".
– Подредактировал Талик.
Бутончик опять принялся считать. Маг поднатужился:
– Только был он - старый хрыч,
Нет здоровья, хнычь не хнычь.
И разбил его в пути паралич!
Тучка по небу спешит,
Бочка вниз к земле летит!
Похоже, оба соавтора решили вдоволь поиздеваться над сидящими в бочке героями. Второй раз уже роняют!
– Так нечестно!
– Зарычал Витольд.
– Ты, Блохастый, помог магую, теперь мне давай! Чтобы поровну!
Польщенный оборотень (блохастость он воспринимал как данность) тут же опять съехал с Пушкина на Высоцкого:
– Тридцать три богатыря
Порешили, что зазря
Берегли они царя и моря.
Каждый взял себе надел,
Кур завёл и в нём сидел,
А тут демон Черномор прилетел!
Высоко он пролетал,
Груз какой-то потерял,
Богатырь один решил, что попал:
"Весь курятник разнесет
Этот демон-бочкомёт!
От чего ж по жизни мне так не прёт!?"
– "Отчего же в жизни мне не везёт".
– Внёс правку Талик, не дожидаясь пока Бормотун влезет с критикой.
– Пробивает крышу бочка,
Погибает под ней квочка.
Мать с ребёнком спасена!
Не убилася она!
– Благополучно завершил падение героев Витольд.
– Всё!
– Внезапно прервал соревнование остроухий конвоир. Талик опять чуть не вылетел из седла от неожиданности.
– Дальше домов нет. Едем до следующей деревни?!
Оказывается, они так увлеклись, что не заметили, как проехали насквозь довольно крупное село.
– А другая деревня далеко?
– Талик склонил голову набок в деланной задумчивости.
– А то эта какая-то грязная.
– Да-да-далеко...
– Прозаикалась окоченевшая попаданка.
– Примерно... завтра!
– Слегка нарушил инструкции Баська.
– Ну, ладно. Тогда заночуем здесь. Мы, кажется, проезжали что-то вроде трактира, или я ошибаюсь?
Да куда уж тут ошибиться? В такой большой деревне трактир, кабак, постоялый двор или нечто подобное, должно было быть. И это нечто ярко выделялось в сумерках освещенными окнами.
– Не ошибаешься!
– Эльф развернул коня, и Талик с хоббитами на привязи оказался в арьергарде. Мохноногие и впрямь спали.
– Вот, что значит - творчество и вдохновение... Даже не заметили как доехали!
– Глубокомысленно изрёк писатель Золотов.
– Но вдохновением сыт не будешь!
– Напомнил оборотень.
– На сегодня - ничья!
– Подвел итог первого дня конкурса Бутончик.
– Завтра продолжим.
Демон и маг убрались по разные височные доли сочинять домашние заготовки "на завтра", чтобы нагло выдать их за экспромт. Талик, как писатель, насквозь видел их уловки. Ну и пусть сочиняют - меньше цапаться будут.
Глава 13
Трактир оказался именно кабаком. Никаких даже минимальных гостиничных условий его владелец не предоставлял. Местных упившихся граждан, если те уже и ползать не могли, здесь складировали на сеновале. Но для таких знатных гостей, как их компания... и двух "йети" (Талик решил представлять хоббитов именно так) хозяин решил уступить собственные апартаменты. Понятно, что основную роль сыграли деньги, а никак не хоббиты, но всё равно - приятно. Слегка обвампиренный владелец харчевни был тощий как жердь, с припухшими от избытка зубов губами и с копной торчащих во все стороны волос. Талик даже заподозрил, что этот попаданец, почти его товарищ "по счастью", прячет в волосах демонические рога. Что-то демоническое в нем было, только Талик никак не мог понять где. Пожалуй, самой странной деталью облика трактирщика была его одежда: ряса. Ну, или нечто очень на неё похожее. Перепоясанная веревкой хламида чуть приподнималась спереди - только, чтобы на неё не наступить, а сзади волочилась шлейфом по полу. И вот в этой непригодной для улицы одежде трактирщик не только выполз наружу под дождь, но еще и помогал заводить лошадей и отвязывать полусонных "йети".