– А вы послушайте меня, - вступил Отец Федор, восседавший за столом в служебной униформе: в рясе, с увесистым серебряным распятьем на груди. – В нашей трудовой сообщности никаких бандитов и их сообщников нет по определению. Да, примостились у нас на границе пришлые люди, лихие, жадные, вздорные. Давали мы им отпор кроткостью и единением. Верой православной.

Прокурор вдумчиво кивнул и перекрестился – нетрезво и мрачно.

– Что могу сказать? – продолжил Федор печально. – Бог наказал их. Воздал по заслугам неправедным. Теперь – об американцах. Дело и мы с ними вели, технику у них закупали, они ее здесь налаживали… Я тех наладчиков видел. Ребята богобоязненные, сельские, как мы, с открытыми сердцами, трудяги. Светлые, цельные, без причуд. Они-то и есть соль той земли, что Америкой зовется.

– Да причем здесь какие-то работяги! – выкинул руку с вилкой, увенчанной креветкой, полицейский генерал. – Они – кто? Винтики! А за ними – корпорация! Все американские корпорации созданы гангстерами! Да вы на наших урок посмотрите, кто выжил после девяностых, и с капитальцем остался! У них тоже – корпорации! Но связи с конкретным криминалом остались? Конечно! А что в мозгах этих толстосумов поменялось? Ничего! Только внешние приметы: словарный запас, манеры, костюмы… Но если обезьяну научить говорить, она не станет человеком! Она станет говорящей обезьяной! Короче. Подписали они для мести своих карманных бандитов… У вас, - обратился к Кирьяну, - много в хозяйстве бывших военнослужащих?

– Мужики – практически все…

– Ребята из спецназа или же снайперы – имеются?

– Да.

– Ну, вот… Имеются таковые и в американских, это… холдингах. Подрядили толковых парней на святое дело отмщения, те и постарались на совесть.

– Карманных бандитов? – вопросил, надменно оттопырив губу, гэбэшный генерал. – Хе… Свежо питание, но серится с трудом! Какое оружие использовалось, забыли? В сгоревшей машине – фрагмент осколка. По результатам экспертизы стреляли специальным патроном из натовской сверхмощной крупнокалиберной винтовки с реактивным выхлопом. Так называемая «ручная пушка». Пробивает с полкилометра шестнадцатимиллиметровый стальной лист. Как она попала сюда? Такую не понесешь за резинкой трусов, чтобы ограбить пивной ларек. Из нее сбивают даже низколетящие самолеты. А тот патрон, что был использован, ни в каком оружейном магазине не продается, ручная работа!

– За деньги можно решить все, - умудрено высказался полицейский чин.

– В том и дело, - с печалью согласился генерал государственной безопасности. – И это оружие – здесь. А американцы, уверен, уже в Штатах. Только у нас – проблема: вчера эта винтовка разнесла «Мерседес» с бандитом, а завтра…

Возникла пауза, нарушенная деликатно-недосказанным вопросом Отца Федора:

– Вы намекаете на лимузины наших…

– А чем они отличаются от того, в кювете?.. – таким же нейтральным тоном откликнулся генерал.

– И все же – как сюда попали эти стволы? – усердно жуя, недоумевал прокурор. – Невероятно!

– Чего ж невероятного? – произнес Отец Федор. – Компания поставляет сельскохозяйственную технику. Частью – в разобранном виде, в упаковках. Сборщики – ее люди. В комбайн можно упрятать и зенитную установку, таможня в тоннах железа копаться не станет…

– Любопытная версия, рабочая… – прищурился задумчиво гэбэшный генерал. Помолчав, продолжил: – Допустим, найдем мы подозрительных американцев, въезжавших в определенный период времени в Россию, может, выделим среди них явно подозреваемых… Ну, отправим отпечатки пальцев трупа в ФБР… Во-первых, хрен чего толкового получим в ответ. Во-вторых, о выдаче остальных можно и не мечтать.

– Однако найти оружие – надо! – с убежденной горячностью воскликнул полицейский начальник и даже ударил по столешнице стола маленьким сухим кулачком.

– Иди в чистое поле, ищи там ветра или клад, - подал сдержанную реплику Кирьян.

– А я вот что вам скажу, - подал голос доселе скромно молчавший руководитель следствия в голубеньком форменном костюмчике – Все дело в демократии этой сраной, вот отчего и мы тут… - Покосившись на свой погон, он стряхнул с него брезгливо налетевшую с волос перхоть.

Шеф ГэБэ столь же брезгливо покосился на его погон. Ранее гражданские юриспруденты от юстиции удовлетворялись петлицами на лацканах пиджаков, ныне вельможные распоряжения отчего-то возвели их в сомнительный ранг военнослужащих, хотя генерал от следствия вряд ли бы управился в командовании и со взводом пехоты.

Главный следователь был расслаблен после обилия многочисленных и коротких, как выстрел, тостов, но мысли свои излагал неторопливо и вдумчиво, не теряясь в логике.

– Случилось бы такое в Советском Союзе? – продолжал он. – Ай, нет! Сидел бы этот Агабек в своем ауле, либо в тюрьме, пахали бы на наших нивах ростовские трактора, американские снайперы упражнялись бы на своих президентах, мы бы всей страной искали похищенный пистолет «Макарова» из кобуры подгулявшего участкового, уважаемый Кирьян руководил бы процветающим совхозом, а Отец Федор правил свою обедню…