Шрифт:
— А может, оно себя автоматически стирает, как только видит тебя?
— В логах сервера должны оставаться следы.
— Нет, если подправить лог перед удалением.
— Тогда удаление будет в файле. Я говорю тебе, Элис, это что-то совсем другое.
– - А что, если местная фауна отрастила себе мозги? — предположила Джовелланос.
Ахилл моргнул:
— Что?
— А почему нет? Она же эволюционирует. Может, взяла и поумнела.
Он покачал головой:
— Сети есть сети. Неважно, закодировал их кто-то или они сами эволюционировали, но если они достаточно разумны для мыслительного процесса, то у них должна появиться определенная сигнатура. Я ее не вижу, и никто не видит. И к тому же я... полностью вымотался.
Ахилл наклонился вперед, опершись руками о пульт. Его голова словно весила тонну.
— Вставай, — спустя пару секунд скомандовала Джовелланос.
— Что?
— Мы отправляемся в «Реактор Пикеринга». Куплю тебе дерму. А то и десять.
Он снова покачал головой:
— Спасибо, Элис, но я не могу.
— Я проверила логи, Кайфолом. Ты не выходил из здания уже сорок часов. Недосыпание снижает уровень интеллекта, ты в курсе? У тебя сейчас ай-кью на уровне комнатной температуры. Пора отдохнуть.
Дежарден взглянул на нее:
— Я не могу. Если уйду...
«Не беспокойся об этом», — сказал напоследок Лабин.
— ...то могу уже не вернуться.
Элис нахмурилась:
— С чего бы?
«Я сорвался с поводка, — подумал он. — Я свободен».
— Лабин... Тот тип сделал со мной что-то, и если «ищейки»...
Она твердо взяла его за руку:
— Пошли.
— Элис, ты не знаешь, о чем...
— Может, я знаю больше, чем ты думаешь, Кайфолом. Если подозреваешь, что не пройдешь анализ крови, это может стать проблемой, а может, и нет, но решение-то все равно придется принимать, раньше или позже. Или ты планируешь остаток жизни провести в этих четырех стенах?
— Наверное, еще пять дней... — Ахилл так устал.
— Я знаю, что делаю, Кайфолом. Доверься мне.
Дежарден выдавил из себя слабый смешок:
— Люди постоянно меня об этом просят.
— Может, и так, но я-то серьезно. — Она поставила его на ноги. — К тому же мне надо тебе кое о чем рассказать.
Ахилл так и не смог собраться с духом и войти в «Реактор»: слишком много вокруг ушей, а осмотрительность не отпускала его даже теперь, без Трипа Вины. Поэтому и под открытым небом он чувствовал себя неуютно. У небес тоже были глаза.
Они шли наугад, не выбирая дороги. На пути время от времени попадались клумбы с кудзу4; волокнистые крылья ветряков медленно вращались на крышах зданий, вдоль пешеходных дорожек — везде, где их сумели вживить в местный архитектурный ландшафт. Элис все выслушала без единого слова: Лабин, Роуэн, Трип Вины. Автономия, о которой не просили.
— Ты уверен? — спросила она наконец. Сверху мерцал уличный фонарь. — Он тебе не мог солгать? Насчет Роуэн-то соврал.
— Нет, тут он сказал правду. Поверь мне, Элис. Он держал меня за горло, и я просто запел, выложил все то, чего Трип никогда бы не позволил сказать.
— Я не о том. Я верю, что ты слез с Трипа, это не обсуждается. Не верю просто, что Лабин к этому причастен.
— Почему?
— Я думаю, он это выяснил уже задним числом, по факту, — продолжила Джовелланос, — и воспользовался открытием в своих целях. Не знаю, что было в дермах, которые он тебе дал, но спорю на годовой запас корма для Мандельброт, что ты прямо сейчас можешь пройти мимо «ищеек», а они даже не дернутся.
— Да ну? А ты бы с таким же оптимизмом говорила, если бы была на моем месте?
— Гарантированно.
— Блин, Элис, я не шучу.
— Знаю, Кайфолом. Я тоже.
— Но если не Лабин снял меня с Трипа, то кто...
Лицо Элис растворялось в сумерках, словно улыбка Чеширского кота.
— Элис?
— Эй, — пожала она плечами, — ты же всегда знал,
что у меня немного радикальные взгляды.
***
— Элис, твою мать! — Дежарден обхватил голову руками. — Как ты могла?
— Это было легче, чем ты думаешь. Всего-то создать аналог Трипа с дополнительной боковой группой...
— Да я не о том. Ты знаешь, что я имею в виду.
Она встала перед ним, загородив путь.
— Послушай, Кайфолом. У тебя мозгов в десять раз больше, чем у всех этих дебилов, а ты им позволил превратить себя в куклу.
— Я не кукла.
— Теперь точно нет.
— И никогда не был.
— Был-был. Прямо как Лабин.
— Я не имею с ним ничего...
— Они превратили тебя в рефлекторную дугу, друг мой. Взяли твое серое вещество и подсадили туда чистейший безусловный рефлекс.