– Видишь? Я прогнала медсестру. Но если ты не будешь делать то, что я скажу, она вернется с солдатами и доктором.

– Не хочу доктора.

– Пойдешь со мной?

– В Голливуд, Клодетт Кольбер? – спросила Лотта и подмигнула так, что у Леони по спине пробежали мурашки.

– Мыться. Ты примешь душ, переоденешься в чистое и сразу почувствуешь себя другим человеком.

Леони встала и поманила ее за собой. Лотта, завернувшись в одеяло, медленно сползла с кровати.

Снаружи их ждала Теди с полотенцем и сменой белья.

– Меня медсестра прислала, – сообщила она и отвернулась, чтобы не так воняло. – Фу. Поскорее бы закончить.

Лотта ковыляла за ними, волоча одеяло по пыли. Когда они добрались до двери в санпропускник, Леони велела Теди:

– Жди нас здесь.

– Медсестра сказала, что мне надо с тобой.

– Просто постой у двери. Если что-нибудь понадобится, я тебе крикну.

Уговаривать Теди не пришлось.

В полутемном, похожем на пещеру зале Лотта, казалось, немного успокоилась, но при виде душевых кабинок рванулась к выходу. Теди перехватила ее и приволокла обратно. Лотта села на пол и закрыла голову руками.

– Если ты прямо сейчас не начнешь мыться, я приведу доктора, – пригрозила Леони.

– Не надо доктора, – прохныкала Лотта. Потом вскочила и выпятила грудь, словно стояла перед расстрельной командой: – Я готова.

Теди вывернула кран на полную мощность, и, хотя вода была холодной, Лотта даже не вздрогнула.

– Очень хорошо, – похвалила Леони. – Видишь там кусок мыла? Начни с волос и лица.

– Пусть она уйдет! – Лотта мотнула головой в сторону Теди, которая была только рада ретироваться на свой пост у двери.

Леони наблюдала за тем, как вода превращает Лотту из тролля в обычную женщину. Она оказалась немного старше, чем остальные девушки, – лет двадцать восемь или даже за тридцать. Тонкие волосы светло-каштанового цвета кто-то основательно покромсал на неровные клинья – судя по всему, ножом. Бедняжка, подумала Леони.

Глаза у Лотты были карие, но с желтоватым отливом, что делало ее похожей больше на лисицу, нежели на мышь.

– А теперь, – сказала Леони, – снимай одежду.

Лотта высвободилась из юбки, которая, казалось, таяла, в то время как грязь смывалась через сливное отверстие.

– Хорошо, но это не все. – Леони указала на блузку.

Недовольно ворча, Лотта повернулась спиной и расстегнула пуговицы. Стащила один рукав, но на этом остановилась, намотав блузку на руку.

– Тут у многих номера, – заверила ее Леони. – Не надо стесняться.

Лотта глянула через плечо и снова подмигнула Леони, а затем присела на корточки и стала мочиться. Когда Леони отвернулась, Лотта моментально стянула второй рукав и села на пол, прислонясь к стене, вытянула ноги.

Она сидела, откинув назад голову и подставив лицо под тугую струю. Вода уже нагрелась достаточно, и душевая стала наполняться паром. Лотта вздохнула и, расслабившись на мгновение, опустила руки. Леони успела заметить на внутренней части ее левого бицепса пятнышко необычной формы, похожее на синяк.

Она быстро выключила воду, чтобы лучше рассмотреть его, прежде чем Лотта снова согнет руки. Во рту у Леони пересохло.

– Вот, возьми, – прошептала она, протягивая полотенце и наблюдая, как Лотта натягивает белую рубашку с длинными рукавами и синюю юбку, которая оказалась велика. – Потом я тебе пояс достану. И расческу.

Теди и Леони шагали по бокам Лотты. Она плелась, уставившись в землю и опустив плечи. В бараке немка с порога бросилась к своей койке и спряталась под новым чистым одеялом.

Леони вытащила Теди на улицу.

– Что ты знаешь об этой женщине?

– А в чем дело? – вопросом на вопрос ответила Теди. – Ты чего дрожишь?

– У нее татуировка.

– Нет у нее никакой татуировки. Я обе руки видела, когда в душ ее волокла. Ничего там нет.

– Вот здесь. – Леони показала на внутреннюю сторону руки у самой подмышки. – И это не номер. Это СС.

– СС? – задохнулась Теди. – Быть не может. Правда? Ты уверена?

– Не совсем. – Леони внезапно засомневалась. – Что ты о ней слышала?

– Она была в Равенсбрюке. Так мне Шендл сказала. Там проводили медицинские эксперименты на заключенных. Тогда понятно, почему она так испугалась, увидев халат Алицы. Но как она может быть нацисткой, у нее же вроде родня в Палестине? Пойду расскажу Шендл.

– Не надо. – Леони взяла Теди за руку. – Давай сначала проверим. Никому ни слова. Пока. Вдруг я ошиблась? Это ж какой кошмар будет. Я поговорю с Алицей, пусть оставит ее в бараке. Может, я смогу получше рассмотреть.

Теди застонала при мысли о еще одной ночи по соседству с Лоттой, но не стала спорить, видя, что Леони настроена решительно.