Она вышла из комнаты и закрыла за собой дверь. Я опустился обратно на подушку, приготовившись услышать одно из ее признаний, то, которым она еще не готова со мной поделиться.

Услышав, как открылась входная дверь, первое, на что обратил внимание, был детский голос.

– Мамочка, смотри! Смотри, что бабушка Лидия мне купила.

А затем раздался ее ответ.

– Ух ты! Именно такой, какой ты и хотел.

Он только что назвал ее «мамочкой»?

По полу зашуршали шаги. И женский голос произнес:

– Понимаю, что это очень неожиданно, но мы должны были отправиться в Пасадену час назад. Моя свекровь попала в больницу, а Трей на дежурстве…

– О, нет, Лидия, - перебила ее Оберн.

– Она в порядке. Проблемы с диабетом, чего бы ни случилось, если бы она заботилась о себе так, как я говорила. Но она не заботилась, и теперь ожидает, что вся семья побросает все свои дела и примчится за ней ухаживать.

Я услышал, как повернулась дверная ручка.

– ЭйДжей, нет, - раздался голос Оберн.
– Не заходи в мамину комнату.

– В общем, - продолжила женщина.
– Мне нужно отвезти ей некоторые вещи, но в отделение интенсивной терапии не пускают детей, так что мне нужно, чтобы ты присмотрела за ним несколько часов.

– Конечно, - согласилась она.
– Здесь?

– Да, у меня нет времени везти вас в наш дом.

– Хорошо, - ответила Оберн.

Она была взволнована. Словно не ожидала, что эта женщина доверит ей присмотреть за ребенком. Она была так взволнована, что не заметила, как ЭйДжей снова открыл дверь ее спальни.

– Я заберу его позже, - распорядилась женщина.

– Он может остаться на ночь, - с надеждой в голосе предложила Оберн.
– Я привезу его утром.

Дверь ее комнаты была приоткрыта, и маленький мальчик опустился на колени прямо перед палаткой. Я приподнялся на локтях и улыбнулся в ответ на его улыбку.

– Почему ты лежишь в палатке?
– спросил он.

Я прижал палец ко рту.

– Шшш.

Он улыбнулся и залез внутрь. На вид ему было четыре или пять лет, и его глаза не были такими зелеными, как у Оберн. В них присутствовали оттенки разных цветов. Коричневого, серого и зеленого. Как холст.

Он также не унаследовал и ее уникальный цвет волос, его были темно-коричневыми. Могу предположить, что достались ему от отца, но также в глаза бросались и черты Оберн. В основном, выражения его лица и любопытство.

– Палатка - это секрет?
– спросил он.

Я кивнул.

– Да. И никто не знает, что она здесь, так что мы должны сохранить это между нами, хорошо?

Он улыбнулся и взволнованно кивнул, от радости иметь тайну.

– Я умею хранить секреты.

– Это хорошо, - кивнул я.
– Потому что силы мужчинам придают не мускулы. А секреты. Чем больше тайн ты хранишь, тем сильнее становишься изнутри.

Он улыбнулся.

– Я хочу быть очень сильным.

Я собирался попросить его вернуться в гостиную, чтобы не привлекать к себе внимания, когда услышал, как открылась дверь спальни.

– ЭйДжей, иди обними бабушку Лидию, - позвала женщина.

Ее шаги становились все громче, а глаза ЭйДжея все больше.

– Лидия, подожди, - услышал я полный паники голос Оберн.

Но она произнесла это слишком поздно, и я не успел втянуть ноги в палатку до того, как Лидия вошла в комнату. Я увидел, как она остановилась. Мне не было видно ее лица, но тут и гадать не нужно, она не в восторге от того, что ЭйДжей находился в палатке со мной.

– ЭйДжей, - ее голос был спокойным.
– Милый, вылезай из палатки.

ЭйДжей улыбнулся и приложил палец к губам.

– Я не в палатке, бабушка Лидия. Здесь вообще нет никакой палатки.

– Лидия, я могу объяснить, - подала голос Оберн, когда женщина наклонилась.

Она поманила ЭйДжею наружу, и на секунду ее глаза встретились с моими.

– Он просто друг. Он помогал установить палатку для ЭйДжея.

– ЭйДжей, пошли, дорогой, - Лидия взяла его за руку, вытаскивая из палатки.
– Возможно, ты считаешь нормальным, что твой сын сидит в одной комнате с незнакомцем, но я - нет.

Я прочел на лице Оберн разочарование. Так же, как на лице ЭйДжея, когда он понял, что Лидия не позволит ему остаться. Я последовал за ним и вылез из палатки, вставая на ноги.

– Все в порядке, я пойду, - успокоил я.
– Мы как раз заканчивали установку, когда вы пришли.

Лидия осмотрела меня с ног до головы, не впечатлившись тем, что увидела. Я хотел сделать то же самое, но не стал усугублять положение Оберн.

Когда я, наконец, посмотрел на женщину, то сразу узнал. Я видел ее раньше. Прошло много времени с тех пор, но она ни капельки не изменилась, разве что ее прямые темные волосы приобрели седину. Она выглядела мужественно и пугающе, как и тогда.