А еще я работала над тем, чтобы показать себя в совершенно ином свете. Если бы меня спросили, когда я еще была в Хондураге, что труднее - жарить бобы под палящим солнцем или держать осанку в течение добрых десяти часов, я бы выбрала первый вариант. Но сейчас я не была так уверена. Я хотела отточить некоторые тонкости, невидимые атрибуты, которые всегда витают вокруг Первой. Сегодня вечером, на Отчете, я хочу выглядеть явной победительницей. Возможно, если я смогу так выглядеть, я смогу это почувствовать.

Каждый раз, когда я ощущала укол сомнения, я думала о Кларксоне. Между нами не произошло ничего весомого, определенного, но когда я начинала беспокоиться, что я не достаточно хороша для него, я цеплялась за всякие мелочи. Он сказал, что я ему нравлюсь. Он просил не подвести его. Он мог бы уйти, но он вернулся. Этого было достаточно, чтобы вернуть мне надежду. Поэтому я надела свое красное платье, приняла таблетку, чтобы предупредить головную боль, и настроила себя на лучшее.

Нам никогда не говорили в точности, когда нам станут или не станут задавать вопросы, начнут ли беседовать с нами. Я предположила, что это было частью процесса Отбора: нужно было найти ту, которая сможет легко сориентироваться на месте. Поэтому я была разочарована, когда Отчет закончился и нам так и не дали шанса высказаться. Я приказала себе не волноваться. Еще будут другие возможности. Но в то время как все остальные вздохнули с облегчением, я была расстроена.

Появился Кларксон, и я не на шутку оживилась. Он шел ко мне. Он собирался пригласить меня на свидание. Я знала это! Я знала! Но он остановился возле Мадлен. Он что-то прошептал ей на ухо, она захихикала и утвердительно кивнула головой. Он протянул ей руку, приглашая ее пройти вперед, но прежде, чем пойти за ней, он успел наклониться ко мне и побормотать мне пару слов.

– Жди меня наверху.

Он пошел вперед не оборачиваясь. Но мне и не нужно было этого.

– Вы уверены, что вам больше ничего не нужно, мисс?

– Да, Марта, спасибо. Со мной все будет в порядке.

Я приглушила свет в комнате, но не стала снимать платья. У меня была мысль попросить принести десерт, но я решила, что, скорее всего, он уже ужинал.

Я не могла понять причину, но по всей моей коже разливалось тепло, словно мое тело пыталось мне сказать, что сегодняшний вечер станет особенным. Я хотела, чтобы все было идеально.

– Вы же еще меня позовете? Вам не следует оставаться одной на всю ночь.

– Как только принц уйдет, я позову тебя, - я взяла ее за руки, и она без промедления сжала мои в ответ.

Марта кивнула и снова сжала мои ладони, прежде чем уйти.

Я поспешила в ванную комнату, проверила, хорошо ли уложена моя прическа, почистила зубы, распрямила платье. Мне нужно было успокоиться. Я предвкушала его приход каждым сантиметром своей кожи. Я сидела за столом, изучая свои ногти, ладони, запястья. Локти, плечи, шею. Я делала это постепенно, чтобы успокоиться. Конечно, все мои старания оказались совершенно напрасными, когда Кларксон постучал в дверь. Он не стал дожидаться моего ответа и сразу же вошел в комнату.

Я встала, чтобы поприветствовать его, хотела сделать реверанс, но заметив выражение его глаз, пришла в замешательство. Я смотрела, как он вышагивает по комнате, устремив на меня многозначительный взгляд. Желая, чтобы бабочки внутри меня наконец-то утихли, я приложила руку к животу. Но, конечно же, ничего не изменилось.

Не говоря ни слова, он поднял руку к моей щеке, убрал мои волосы назад, затем дотронулся до моего подбородка. На его лице проскользнула тень улыбки, прежде чем он прижал меня к себе.

Помню, взрослея, я представляла себе тысячу первых поцелуев с Кларксоном. Однозначно, реальность превзошла все мои мечты. Он управлял мной, крепко держал в объятиях. Я подумала, что должно быть оступилась или споткнулась, но каким-то образом я запустила руки в его волосы, держа его так же крепко, как и он меня. Он наклонился, и я изогнулась вместе с ним, приятно удивленная тем, как мы хорошо друг друга чувствовали. Это было блаженство. Это была любовь. Все то, о чем я когда-либо слышала и читала... теперь стало мне понятным.

Когда он отстранился от меня, больше не было ощущения бабочек в животе, не было ни намека на нервозность. Совершенно новое чувство пульсировало в моем теле.

Наше дыхание участилось, но это не помешало ему начать разговор.

– Ты была великолепна сегодня. Я думаю, ты и сама это знаешь, - он прошелся пальцами по моей руке, затем по ключице и наконец коснулся моих волос.
– Просто превосходна.

Он снова поцеловал меня и ушел, одарив меня прощальным взглядом в дверях.