– Итак, уважаемые, – раздался в головах разведчиков бесцветный механический голос Хранителя, – мы собрались для того, чтобы совместными усилиями выработать тактику и стратегию предстоящих боевых действий…

– Это кто тут говорит о каких-то предстоящих действиях? – Протестная натура гнома не позволила ему вот так запросто принять факт появления еще одного начальника. – Лично я не собираюсь подчиняться приказам каких-то светящихся шаров!

– Погоди кипятиться! – Данай постарался хоть немного успокоить разошедшегося Храпа, затем обратился к магическому фактору: – Вообще-то мой товарищ прав – для начала нам стоит хотя бы представиться друг другу.

– Положим, вас-то я знаю как облупленных. – Несмотря на механическую бесцветность голоса магического фактора, присутствующим показалось, что последняя фраза была произнесена с изрядной долей сарказма. – Что касается моей особы, можете называть меня Хранителем…

– Затащил нас непонятно куда, еще и командует, – тут же сорвалось с губ не в меру расторопного гнома.

– Я собрал всех вас здесь именно для того, чтобы пообщаться на эту тему. – Висящий над постаментом шар увеличил свой объем примерно наполовину, усилив одновременно интенсивность свечения. – Если вам будет так угодно, примите мои извинения за то, что вырвал вас из привычной среды обитания. Однако перед тем как обрушить на мою виртуальную голову град заслуженных упреков, я хотел бы попросить, чтобы меня хотя бы выслушали.

– Ага, он еще и куражится над нами! – не унимался Храп. – «Если вам будет угодно»! Да, нам будет угодно не только принять твои извинения, но также потребовать моральную и материальную компенсацию за все перенесенные по твоей вине страхи и волнения!

Видя, что подчиненного, мягко говоря, заносит, Данай решил охладить порыв гнома:

– Храп, кончай заниматься трепотней! Тебе предоставили несколько дней курортной жизни на свежем воздухе, с охотой, рыбалкой и обширной культурной программой, а ты еще имеешь наглость требовать за это моральную и материальную компенсацию! Лучше заткни пасть и предоставь наконец возможность высказаться Хранителю!

Храп, видно, сообразив, что немного перегнул палку, стушевался и замолчал, уступая трибуну хозяину их коллективного сна.

– Итак, доблестные воины Великой Империи, – начал магический фактор, – еще раз прошу прощения за то, что перенес вашу пятерку в мир, который аборигены называют Суонменма, однако после моих объяснений вы поймете, что у меня попросту не было выбора. Чтобы вам все стало предельно ясно, мне придется начать рассказ издалека, точнее, с объяснения некоторых основ Мироздания, до которых ваша наука еще не доросла.

Как вам известно, Вселенная, в самом широком понимании этого слова, состоит из бесконечного числа n-мерностей. Вам должна быть хорошо знакома теория мировых струн, разворачиваемых потоками энтропии в пространственно-временные пузыри n-мерных континуумов. В принципе, эту информацию вы можете почерпнуть из школьного учебника физики, раздел «космогония». Я всего лишь освежил их в вашей памяти. Так же все из того же учебника физики вы можете узнать о том, что n может быть любым целым числом от нуля до шестнадцати и определяется оно мощностью потока энтропии, воздействующего на определенную струну. Иными словами, в крайних своих состояниях всякая мировая струна может быть либо безразмерной точкой, либо шестнадцатимерной вселенной. В принципе, это все, что известно вашим ученым, и как бы они ни пыжились, ничего более поведать нам они не могут.

А теперь о том, чего вы пока не знаете. Основной постулат, определяющий число n как целое, в корне неверен. Коэффициент n хоть и находится в пределах от нуля до шестнадцати, может быть дробным. Вы не ослышались, господа, именно дробным. Это означает, что в природе могут существовать континуумы не с целым количеством пространственно-временных координат, как, например ваше – трехмерное, точнее, с учетом вектора времени – четырехмерное, а с дробным, например четыре целых и одна треть или пять целых семь восьмых, и так далее. Как правило, вселенные с дробным коэффициентом мерности менее стабильны, чем с целыми, и законы природы там отличны от тех, которые властвуют в обычных мирах. Однако все эти факторы никоим образом не препятствуют появлению там некоего подобия жизни, мало того – жизни разумной, даже высокоинтеллектуальной.

Не требуйте от меня подробного описания внешнего облика и особенностей быта разумных обитателей вселенных с дробным коэффициентом мерности, для удобства назовем эти вселенные неправильными, хотя все относительно – тамошние жители считают вашу вселенную неким аномальным феноменом.

Теперь отбросим в сторону лирику и перейдем к фактам.

Факт первый: все неправильные миры так или иначе привязаны к ближайшему правильному и в случае его гибели также прекращают свое существование. Другими словами, по отношению к правильной вселенной все неправильные являются вторичными. В качестве показательного примера рассмотрим горящую свечу, установленную между двумя зеркалами. Будем считать, что огонь свечи есть трехмерное пространство, а бесконечное количество отражений в зеркалах – неправильные вселенные с дробным знаком мерности. Теперь попробуйте погасить свечу. И что же нас ожидает в этом случае? – Тон Хранителя повысился до менторского. Данаю поневоле вспомнилась его первая учительница с ее торжественно-снисходительной манерой объяснять первоклашкам основополагающие истины, и он едва не рассмеялся в полный голос. Однако юноша преодолел душевный порыв и скромно потупил очи. Тем временем магический фактор продолжал свой весьма познавательный рассказ: – То-то и оно – вместе с гибелью трехмерного континуума исчезнут и все отражения этой вселенной.

Факт второй: как уже было упомянуто мною раньше, в мирах, расположенных в неправильных вселенных, обитают разумные существа. Эти существа подчиняются непостижимым для вас законам иерархии, основанным на главенстве единого властителя – высшего существа, коего они именуют Хозяин. Нет, власть его – не власть императора, реализуемая многомиллионной армией чиновников и прочих исполнителей. Это воистину абсолютная власть одного над всеми, поскольку Хозяин способен контролировать поступки и даже помыслы любого своего подданного.