— Может, вы предоставите нам возможность поговорить?

Евгений кивнул. Он и сам был рад покинуть этот дом. Молча поднялся и отправился искать детскую. Услышав голоса, остановился в дверях, наблюдая женщину, с которой его связывали близкие отношения, в незнакомой роли матери. Ее лицо казалось светлым и красивым, когда она подтыкала дочке одеяльце и укладывала рядом с ней куклу.

— Ты больше не уйдешь? — тихо спросила девочка.

Погасив свет, Эвелина вышла и наткнулась на Лычкина.

— Верстаков хочет с тобой поговорить. Так что я ухожу.

— Хорошо, — Эвелина казалась усталой. Внезапно подняла голову. — Но тебе же некуда идти.

— Это неважно. Я… пойду в гостиницу.

— Подожди, — она куда-то убежала, а, вернувшись, сунула ему несколько денежных купюр. — Вот возьми. Иначе я тебя не отпущу.

Не желая спорить, Лычкин засунул деньги в карман джинсов и вышел в прихожую.

— Спасибо тебе, — Эвелина встала на цыпочки и поцеловала Лычкина в щеку.

Он кивнул, желая никогда не возвращаться в этот дом. Видеть в одном и том же обличие двух женщин оказалось нелегким испытанием. Его Эвелина была лучше. Но тогда она была ненастоящей.

— Как я тебя найду? — спросила молодая женщина, но он равнодушно пожал плечами. — Не знаю. Если хочешь, я приду завтра или позвоню.

— Лучше позвони. Сейчас запишу тебе домашний телефон. — она снова убежала и вернулась уже с листочком в клеточку, где она записала номер телефона и адрес квартиры.

— Эв, я хочу тебя попросить.

— Да?

— Ты пожалей его, ладно? Понимаю, что ты чувствуешь, но я был на его месте. И я тоже стер свою жену.

— С тобой все было не так.

— Прости его ради Леры.

— Простить? — серые глаза Эвелины округлились от удивления. — Ты соображаешь, что говоришь? Ты видел, во что он превратил наш дом? Ты видел эту?..

Лицо Евгения показалось Эвелине измученным, в глубине глаз затаилось горе. Он казался человеком, пропустившим всю ситуацию через себя и забравшим из нее всю боль.

— Та девушка, которую я знал, простила бы, — неожиданно сказал он.

Заперев дверь, Эвелина прислонилась к косяку. Девушка, которую он знал. Она ничего не помнит о том времени, когда они были вместе. Несколько раз за сегодняшний день ловила на себе его удивленно-осуждающий взгляд. Похоже, что став собой, она перестала быть ему симпатична. Ну и ладно. Какое ей дело до этого неудачника? Проблем и без него хватает. Обняла себя за плечи, словно пытаясь согреться. В квартире было жарко, но ее пронизывал холод. Сейчас, когда в их гостиной ее ждал муж, стало так страшно, что захотелось убежать. Пожалеть Игоря? Но зачем? Она никогда больше не сможет доверять ему, и что еще хуже, будет бояться его. Вдруг Верстаков снова сотрет ее? Она вспомнила, что машины больше нет, а это значит, что «Клуб победителей» прекратит свое существование. К тому же Верстакову больше не удастся ее обмануть. Нужно начинать новую жизнь. Вместе с Лерой. Она вдруг вспомнила просящий голосок дочери «Мама, не выгоняй папу, он хороший». Да как не выгнать этого предателя?

Караев сидел в своем кабинете, отрешенно глядя перед собой. Бизнес разваливался на глазах. Сердце противно и мелко застучало. Где сейчас Эвелина? Нашел в телефоне номер Верстакова, но тот оказался недоступен. Константин выругался и позвонил Дружинникову. Вчера, когда понял, что машина не работает, сразу подумал, что профессор побывал здесь и намеренно испортил ее. А возможно, у него даже получилось вернуть кому-то память. И это вполне могла быть Эвелина, потому что именно ее диска он не обнаружил.

— Слушаю вас, — отозвался профессор.

Караев напрягся. Будущее зависело от того, сможет ли он убедить упрямого старика вернуться и починить машину.

— Нам нужно встретиться и все обсудить.

— Теперь это нужно вам, а не мне. Мой самолет вылетает через четыре часа, и у меня нет ни времени, ни желания вести переговоры. Пусть все, что вы сделали, останется на вашей совести.

Голос Караева стал мягким и вкрадчивым. Он использовал всю свою убедительность, чтобы попытаться уговорить профессора остаться. Даже предлагал те деньги, которые просил профессор для операции. Но все оказалось безрезультатно, старик ничего не хотел слушать.

— Поймите, если бы вы остались, мы переделали бы мир. Что плохого, если я с помощью вашего изобретения делаю людей более способными?

— Вы так ничего и не поняли, — вздохнул Дружинников, и, повесив трубку, продолжил складывать вещи. За эти два дня он понял, что вполне заслужил все, что случилось в его жизни. Теперь, познакомившись с людьми, которые прошли через короб, он не мог позволить, чтобы машина стирания памяти продолжила свое существование. Даже если на кону стоит жизнь его внучки.

Пока Дружинников собирался, позвонил Максим. Спросил, не появлялись ли Эвелина с Лычкиным. Услышав ответ, расстроился. Профессор немного сконфуженно — он понимал, что сбегает — объявил, что ничего не знает. После разговора Максим начал взволнованно ходить по комнате. Несмотря на свое волнение, Кокарев чувствовал себя счастливым. Вернувшись домой, провел целый вечер с родителями. Как никогда ранее молодой человек понял, насколько он их любит. Его узкая девятиметровая комната показалась светлой и уютной, он с удовольствием послушал любимый рок и пообщался с друзьями по скайпу. Утром позвонил Асе. Ее голос звучал так радостно, по всей видимости, хотя она это и не сказала, девушка испытывала благодарность к нему за то, что он сделал. Пообещала в следующие выходные приехать в Москву. Мог бы он помочь организовать ей встречу с отцом? И конечно, она тоже готова бороться против «Клуба победителей».