— Ах, березонька милая моя, что же мне делать? Неужели влюблена я в князя?

Ведал Ярослав, что отец его Владимир, задумавший женить своих сыновей на заморских принцессах, не допустит брака с Березиней, а, значит, не сможет он объявить ее княгиней. И все же не мог оставить надежды, что упросит Владимира дать отцовское благословение. А для начала порешил он убедить Березиню принять христианство.

Разозлились тогда боги на Ярослава: отняли Березиню и маленького сына. До конца дней своих так и не мог забыть князь своей первой любви и умер с именем Березини на устах.

За время рассказа ни разу не перебил Владимир своего нового знакомого, но когда тот закончил, кинул на него беспокойный взгляд:

— Выходит, Ярослав ошибку совершил?

— И наказан был тотчас же, — Будимир снова огладил тонкими пальцами русую бороду. — Жизнь всегда подсказки дает, горе тем, кто их не замечает. Послана была ему Березиня, чтобы остановить чужую веру на Руси.

— Выходит, Березиня умерла?

— А ты считаешь, что есть смерть? — ухмыльнулся Будимир.

Молодой человек задумался, потом покачал головой:

— Никто этого не знает.

— Враги князя сообщили Березине, что Ярослав убит и хотели отравить ее, представив дело рук своих, как самоубийство, но внук волхва, случайно оказавшийся поблизости, раскрыл ей правду и забрал ее в лес вместе с сыном, где они жили долго и счастливо. Такая вот история, — закончил Будимир, поднимаясь с дерева. — Ну что же, пора нам возвращаться, скоро стемнеет. А ты крепко подумай обо всем, что я рассказал.

Вероника еще читала, лежа в постели, когда услышала в коридоре тихие шаги. В ее комнате появилась Олеся. Ее глаза были полузакрыты, в руках она держала медвежонка.

— Олеся, ты что?

Не обращая никакого внимания на ее слова, девочка прошлась по комнате и пробормотала несколько бессвязных фраз, из которых можно было понять, что та говорит о какой-то медведице. Вероника быстро поднялась и, обняв дочь за плечи, отвела ее в постель.

Легла снова, попыталась читать, но не смогла: раньше дочка никогда не ходила во сне. «Надо увозить ее из этого города», — решила молодая женщина, ворочаясь с боку на бок.

О своем ночном приключении Олеся ничего не помнила, а когда Вероника предложила ей уехать, лишь грустно покачала головой.

— Слишком поздно, мам. Она уже вошла со мной в контакт.

От странных слов и ноток обреченности в голосе дочери Вероника вздрогнула и подсела поближе, впиваясь взглядом в ее лицо.

— Кто она, милая?

Олеся прижалась к мамину плечу и ничего не ответила.

Днем Вероника с трудом вытащила дочь на прогулку. Квартира тетушки находилась в центре города: пройдя по тихой улице, они быстро оказались на набережной Волги.

Вероника застыла у парапета, залюбовавшись проплывающим мимо белым теплоходом, откуда доносилась веселая музыка. Мимо них, разговаривая и смеясь, шли принаряженные жители.

— Смотри, Олесь, как здесь здорово! — улыбнулась Вероника. — Какие белые пароходы. Когда все наладится, мы с тобой тоже поплывем куда-нибудь. А вон там старинная церквушка. — переполнявшая женщину неожиданная радость заставляла теребить дочку.

— Да, здесь красиво, — сказала Олеся, глядя себе под ноги.

Радость сразу погасла, в груди матери зашевелилось нехорошее предчувствие, заслонившее всю праздничность солнечного дня. Теперь ее уже раздражала эта толпа, в которой они двигались, а город стал чужим и враждебным. Рука об руку они дошли до угла набережной, в том месте, где две реки сливались в одну и, спустившись по ступенькам, сели у воды.

Легкий ветерок трепал волосы, от реки веяло свежестью. Солнечные лучи ласкали кожу, и Вероника закрыла глаза, наслаждаясь их прикосновениями. Вдруг она услышала тихий вскрик Олеси. Глаза девочки расширились от ужаса, рукой она показывала в сторону. Мать еле успевала разбирать ее быстрые слова.

— Все произошло здесь. Зачем он хочет убить медведицу? Они имели право верить. Нет! Не трогай! Нет! — крикнула, сжав кулачки, Олеся. Проследив за направлением ее взгляда, Вероника ничего не увидела.

— Он замахнулся, — как в бреду продолжала девочка, словно рассказывала какой-то фильм, который видела лишь она. — Я слышу ее рычание. Она умирает.

Олеся потерла глаза и сказала обычным голосом.

— Так вот как это случилось.

— Что случилось? — тихо спросила Вероника, еле живая от пережитого шока.

Девочка живо вскочила и протянула матери руку:

— Пойдем. Здесь нехорошее место.

Вероника не стала расспрашивать. Наверно, Олесю надо отвести к врачу. Может, это какая-то болезнь, она видит то, чего не существует?