Мэдди схватила ртом воздух и отпрянула.

— Нет!

Улыбнувшись, он спустился ниже, к средоточию ее женственности.

Руки Мэдди сомкнулись у него на шее, ее короткие вздохи грели его шею, когда он ласкал ее.

— Тогда, может, здесь? — спросил он и застонал, когда она раздвинула ноги чуть шире, давая ему простор для действий.

— Так ты ударилась вот этим местом?

— Н-нет. — Мэдди вцепилась в него, часто и тяжело дыша. — Джекс… Джекс, пожалуйста…

Ему нравилось слышать мольбу в ее голосе, но в этом не было необходимости. Потому что он и так собирался доставить ей удовольствие. Им обоим.

Она подалась ему навстречу, лаская руками его грудь, живот, пытаясь пробраться под одежду, к его коже. Он хотел того же. Но стать еще ближе просто невозможно.

Мэдди была такая теплая и аппетитная, она шептала его имя, и от этого он терял рассудок. Джекс наклонился, чтобы снять с нее кроссовки, а потом и весь костюм, но тут на улице замигали красно-синие огни, отчего в комнате стало светло, как днем.

Мэдди выпрямилась, посмотрела на Джекса и застегнула молнию на костюме. Она добралась до окна как раз в тот момент, когда Сойер открыл заднюю дверь машины шерифа.

Хлоя выскочила из автомобиля и на всех парусах рванула к коттеджу.

— О Господи! — произнесла Мэдди.

— Сойер чертовски зол, — прокомментировал Джекс, подойдя к ней сзади.

— Откуда ты знаешь? Его лицо совершенно бесстрастно.

— Это тебе так кажется. В таком состоянии он всегда держит эмоции при себе.

У Мэдди похолодело внутри.

— Как думаешь, что она натворила на сей раз?

— На сей раз?

Мэдди помчалась на улицу.

— Хлоя! — позвала она.

Обернулись оба — и Хлоя, и Сойер.

— Я не виновата, — сказала Хлоя.

Сойер фыркнул.

Хлоя воздела руки к небу, развернулась и продолжила свой путь.

— Просто покаталась, — сказал Сойер ей в спину.

Хлоя показала ему средний палец и захлопнула за собой дверь.

— Что произошло? — спросила Мэдди у Сойера.

— Она уговорила Ланса прокатить ее на дельтаплане при свете луны. Они вдвоем забрались на Хорн-Крест и спикировали с утеса, приземлившись прямо на Бо-Поинт. Промахнись они на шесть футов — разбились бы в лепешку.

Хорн-Крест, высотой 6700 футов, был высочайшей точкой в Лаки-Харборе. Бо-Пойнт — плато размером с футбольное поле, возвышающееся над городом на высоте 300 футов над уровнем моря, точнее, Тихого океана, чьи волны бьются внизу о долину камней. Мэдди представила, как рисковала Хлоя, и ей стало дурно.

— С ней все в порядке?

— Шутите? У нее девять жизней, как у кошки. Правда, не знаю, сколько еще осталось в запасе. — Сойер раздраженно помотал головой. — А Ланс к тому же был под мухой. Задержу этого осла, пока не протрезвеет. Хлоя не пила, так что формально я не могу ее задержать. И они на самом-то деле не нарушили ни одного закона, потому что тупость еще не преступление, но они нарушили границы частных владений, так что мне стоило бы оштрафовать ее. — Он вздохнул. — Но по нынешним временам это будет пустой перевод бумаги. — Сойер потер руками лицо и повернулся к Мэдди. — Сегодня ей повезло. Чертовски повезло. Я бы попросил вас вправить ей мозги, но не уверен, что это возможно.

Распрощавшись с Джексом и Сойером, Мэдди вошла в коттедж и направилась в маленькую спальню. Хлоя лежала на постели лицом вниз и была в отключке.

Дикарка…

Мэдди всегда втайне мечтала быть дикаркой. Все лучше, чем мышкой. Впрочем, к ней это больше не относится.

Мышка не стала бы возиться с отелем. Мышка не стала бы заниматься бурным сексом с мужчиной, который может разбить ей сердце. Мышка не стала бы стремиться к тому, чтобы лучше узнать своих сестер и саму себя.

Возможно, то, что произошло с отелем, было неизбежно, и не в ее силах было его спасти. И может, то, что происходит у них с Джексом, на самом деле явление временное и тоже не может быть спасено от разрушения.

Но она может спасти свои отношения с сестрами. Она может спасти себя от возвращения на тот путь, по которому шла раньше.

Она может быть кем угодно.

При этой мысли Мэдди поймала себя на том, что улыбается, и вытащила мобильник.

— Ты не уехал? — спросила она, когда Джекс ответил.

Джекс наблюдал за Мэдди, которая смотрела сквозь ветровое стекло на неосвещенное и неподвижное чертово колесо.

— Закрыто, — разочарованно сказала она.

— Сегодня сочельник. — Джекс не заглушал мотор, обогреватель работал на полную катушку. Внутри автомобиля было темно, только от приборной панели шел свет, но Джекс без труда различал выражение глаз Мэдди и улыбку на ее лице.