— Вот! Полюбуйся! — взвыл Клант, неучтиво сгрузив девочку в одно из двух свободных кресел. — Это ее работа. Я точно знаю.

— А что случилось? — спросила я сквозь смех, не дав Эмме даже рта раскрыть.

— Видимо, побывала в мое отсутствие в ванной и попереставляла баночки с красителями, — нажаловался легард.

— А нечего всех обманывать, что у тебя волосы на самом деле белые! — обиженно буркнула малышка, насупившись и грозно сверкая глазками из-под челки.

Я, слушая эту перепалку, только еще громче расхохоталась.

— Все, Вир, еще раз увижу твою мелкую от себя ближе, чем на пять метров, а ее всепроникающий нос в районе моей комнаты — нажалуюсь на вас обеих Рэнду, — пригрозил Клант. — И поедет леди Эмма домой…

Легард посмотрел на девочку и скорчил ей страшную гримасу. На это малышка только непочтительно фыркнула.

— А тебя сдам на перевоспитание, — заунывно продолжил легард. — Для устрашения некоторых особ. Рэнд…

— Да что ей он сделает? — с удивлением отмахнулась Эмма. — Вы когда дома были, Рэнд та-ак на тебя смотрел.

Малышка, подражая взрослым, многозначительно хмыкнула.

— И кто же озвучил такую мысль? — хмыкнула я. — Тетя Мардж придумала или папа?

Клант хотел было что-то возразить, но промолчал. А Эмма, потупившись, призналась:

— Тетя так сказала.

— Тетя Мардж у нас выдумщица, малышка, и ничего не знает. Не слушай ее больше.

— Но ведь тетя куда старше! — не согласилась Эмма.

Я примирительно пожала плечами, не желая больше обсуждать эту тему.

— Пойду… — пробормотал Клант, но скрылся не за моей дверью на террасу, а дойдя до стеклянной перегородки в комнату Рэнда. Я проводила его настороженным взглядом, но ничто в его походке не выдало цели визита к брату в столь ранний час.

— Пора в ванну! — отвлекла меня от раздумий Алия.

Тяжело встав, я не весело воскликнула:

— До вечера же еще так долго!

— Хорошая подготовка занимает много времени, — с самым серьезным видом сообщила вторая девушка-служанка, в таком же, как у Алии, форменном платье из голубой плотной ткани самого скромного покроя.

Сколько я не сопротивлялась, меня в четыре руки запихнули в ванну, до краев наполненную теплой ароматной водой, укутанной бледно-розовой пеной. Через минуту, расслабившись и покорившись судьбе, я отдалась на растерзание служанкам, прикрыв глаза. Алия колдовала над кожей и ногтями на руках, а вторая девушка старательно, но аккуратно терла мои пятки мочалкой.

Эмма тем временем, не привлекая внимания, обшаривала принесенные коробочки и баночки.

Обмениваясь непонятными мне фразами, служанки долго и тщательно промыли мне волосы, используя сначала твердое мыло с нежным ароматом розы, затем жидкую мыльную массу из флакона синего стекла, больше похожую по консистенции, цвету и запаху на обычную сметану. А затем, когда волосы заскрипели от чистоты, еще дополнительно долго растирали их каким-то маслом. После масла последовали разноцветные лосьоны и настои.

В какой-то миг показалось, что от волос у меня на голове ничего не осталось, но отражение в зеркале свидетельствовало об обратном. Темных прядей, свернутых на затылке жгутом, будто бы прибавилось.

Словив мой взгляд, Алия ухмыльнулась.

— Вот высохнут, увидишь эффект.

Я обреченно кивнула, ожидая завершения экзекуции. Служанки вынудили меня подняться и принялись растирать мягкими горячими мочалками, поливая прохладной влагой из плоской бутылочки с вытесненным на одной стороне непонятным знаком.

Девушки не пропустили ни единого сантиметра тела, я даже устала стоять и с радостью опустилась в остывшую воду, когда мне позволили.

— А вот это что такое? — спросила вдруг Эмма, поднеся поближе несколько баночек, еле умещавшихся в ее ладошках. Девочка свинтила пару крышечек и осторожно понюхала. — Красненькое, но не пахнет. А это синее. А здесь вообще золотистое! Смотри.

Эмма протянула мне три баночки.

— Это специальный краситель, — добавляя теплую воду в ванну, объяснила Алия. — Всего пары крупинок позволяют придать коже…

Не успела служанка договорить, как Эмма попыталась поудобнее перехватить остальные баночки. Звякнуло стекло, я зажмурилась, когда что-то тяжелое ударило меня в живот.

— …приятный оттенок… — убитым голосом закончила Алия и громко вскрикнула.

Застыв на секунду, я молниеносно вскочила на ноги, расплескав половину воды по плиточному полу. Смотреть на себя было страшно, но опустить взгляд пришлось.

По моему животу, груди и ногам растекались разноцветные пятна. Собственный вид так меня напугал, что я не сдержалась, громко заорав. Алия помолчала секунду и подхватила мой вопль.